Мёртвое наследство: жена с того света

– Это скрининг, – соврала Анна, хотя понимала, что ложь её не спасёт. Марк повертел конверт. – Какой скрининг? – Генетический. Врач направила в областную, тут такого не делают. – Она расправила одеяло и села на край кровати. – Хочешь посмотреть заключение? Оно в сумке. Время потянулось мучительно медленно. Он смотрел на неё внимательно, словно принимая решение – верить, или нет. – Не хочу, – Марк положил конверт на тумбочку. – С ребёнком всё в порядке? – В порядке. – Ну и хорошо. Он ушёл в ванную, и Анна услышала, как он открыл воду...

Нотариус принимала в угловом кабинете с окном во двор. Женщине лет за шестьдесят, в вязаной кофте поверх строгой блузки. Она выслушала Анну, не перебивая, и только один раз подняла глаза. – Шестьдесят девятый год, – повторила она. – Я помню это дело. – Правда? – Оно у нас одно такое, – усмехнулась женщина. – Распоряжение продлевали трижды. Последний раз в двенадцатом году, по заявлению вдовы завещателя. Анна сжала ручки сумки. – Вдова жива? – На момент подачи заявления была жива, само собой, – она посмотрела в бумаги...

Агентство «Полярис» занимало две комнаты в небольшой пристройке рядом с аптекой. Анна поднялась по узкой лестнице, заранее сочинив историю про оценку флигеля. История, однако, не понадобилась. За столом сидела девушка с наушником в ухе и раскладывала пасьянс. – Мне нужна Елена Дорош. – Кто? – Ваш сотрудник. Она приезжала к нам в апреле. Девушка вытащила наушник. – У нас всего три агента, два Игоря и Света. – Может, она по договору подряда работает? – Девушка, в этой глухомани ничего не меняется веками, у нас двенадцать лет одни и те же люди...

Камеры Анна купила в райцентре, в магазине с вывеской «Всё для дачи и охоты». Продавец, парень лет двадцати, показал ей три коробки и долго объяснял принцип работы. Анна выбрала самые маленькие, с записью на карту памяти и без всякой связи с телефоном. Чем меньше проводов, тем меньше следов. – Дача? – спросил парень, пробивая чек. – Нет, дом. – Воруют? – Пока не знаю. Одну камеру она установила в гостиной, в книжном шкафу, между томами Большой энциклопедии с оторванными корешками. Вторую – в прихожей, за старыми настенными часами...

Дом показался из-за поворота, будто ждал за деревьями и вышел навстречу новым хозяевам. Анна остановила машину у ворот. Два этажа тёмного кирпича, высокие окна в белых наличниках, флигель с провалившимся крыльцом. Над крышей кружили птицы, громко галдя. За садом, шагах в сорока от дома, начинался овраг: глубокий, заросший колючими кустами. – Ну и махина, – Марк заглушил мотор. – Бабушка называла его Овражным Замком. – А местные как называют? – Местные никак. Для них это просто большой дом на выселках...