Из книг Наталии Николаевой, писательницы - харбинки

Так уж случилось, что двое молодых людей, живших и работавших несколько лет, бок-о-бок рядом, ни сном, ни духом, как говорят, не ведали, что являются друг другу родными по крови. Было это в Мукдене в начале пятидесятых годов двадцатого столетия. С тех пор прошел не один десяток лет, целая жизнь уже на родине. Однажды, будучи в Омске, я повстречалась с одной из таких уже далеко не молодых землячек. Мы разговорились, вспоминали всех наших земляков по Мукдену и вдруг поняли, что Муся, моя сотрудница...

Мы встретились с Олей Кононовой в Риге, можно сказать, случай привел. А, может быть, наше всемирное землячество, братство. Так получилось и при встрече с Олей. В Москве ее знают и помнят ее бывшие соученики и подруги по Харбину. Они и попросили меня навестить ее, когда буду в Риге. Вскоре о ней я написала в своей книге «Японцы». Стихи из статьи: ЛЮБИМЫЙ  СОН Цвела весна. Я в комнате уютной  Ждала прихода друга своего.  Ждала… и задремала на минуту.  Открыв глаза, увидела его. В руках букет черёмухи душистой...

Тогда это была Целина. Тогда нас везли кого-куда… В те годы, а они были наши молодые годы, мы все ехали, конечно же, не выбирая и даже не загадывая места нашего дальнейшего проживания, для нашей, нам совершенно неизвестной, и никак не предполагаемой дальнейшей жизни, опять же, на новом неизведанном поприще и совсем в незнакомом окружении людей, живших в то время в тех местах, куда нас определённо заранее распределили. И Целина была везде, даже там, где её и не было вовсе, только одно название. Так,...

В повседневной жизни харбинцев было мало чего примечательного в отношении изобразительного искусства. Может быть старшие харбинские жители и припоминают что-либо, может быть у кого-то в городе и были частные коллекци, но чтобы нас, школьников эмигрантской школы, в сороковые годы школьной поры, водили на выставки, не припомню. Как-то не слышно было о каких-либо выставках художников или скульпторов. Их не было, разве что в частных коллекциях, о которых мы и не знали. Из сегодняшней печати, очень интересно было прочесть в «Неизвестном Харбине» и в последовавшем «Русском Харбине» у Е...

В начале двухтысячных годов мы перебрались из города Находки в старинный русский город Владимир. Привело нас туда желание наших детей, живущих в Латвии – поближе жить к центру России, чтобы потом снова вернуться к нашим ребятам, которых мы, уезжая в девяностых, оставили в Латвии. Но, вернуться снова в Латвию было в то время невозможно, граница уже была на замке. И хотя наши дети жили там, перебраться снова к ним было нельзя, не было Закона о попечительстве детей над престарелыми родителями. И нам четыре года предстояло ждать, пока в 2005-м году не вышел Закон...

Возникла мысль, а не рассказать ли, как харбинские дети, да, однако и взрослые, относились к сахару и вообще к сладостям в разные периоды жизни. Когда я в воспоминаниях о давно ушедшем прошлом, задумалась о тех сладких мгновениях детства, в памяти вдруг возник счастливый момент – угощают конфеткой в фантике, а внутри, под ним, или Пупсик, или Раковая шейка, а то и просто тянучка из патоки, или Петушок на палочке - самый дешёвый леденец у разносчика-выдувальщика таких вот птичек! И это такая радость! В ранней памяти...