Человек-человек

Мы уже начинали разговор о внимании — о том, как важно быть в контакте с собеседником. С виду всё просто. Перед нами сидит человек, который рассуждает на важную для него тему. Казалось бы, ничего сложного в том, чтобы внимать, искренне присутствовать в этом разговоре. Не исчезать, не переключаться, а быть человеком с человеком. И всё-таки как же тяжелооо слушать и дослушивать. Кажется, что спустя минуту монолога всё понятно. Мы начинаем мысленно подгонять собеседника, нам хочется досказать за него фразу или сформулировать наконец мысль, чтобы перейти к другой (или сбежать домой)...

Штука в том, что мы никого не можем разговорить. Ни по доброй воле, ни по какой другой. Но точно можно с подлинным интересом отнестись к собеседнику. То есть быть открытым к восприятию, слушать, внимать. Быть включенным. Если собеседник интересен по-настоящему, у нас внутри всё ходит ходуном от удовольствия с ним беседовать. И он это чувствует. Это как бальзам на душу. У нас всех хронический дефицит настоящих слушателей. И когда человек получает истинное внимание, — вот это самое слушание, — с ним происходит метаморфоза...

Иногда достаточно доли секунды, чтобы понять своё состояние рядом с другим человеком. Мы не всегда можем объяснить себе, что происходит, но всегда чувствуем происходящее. Телом, внутренним взором, которые реагируют быстрее и вернее нашего разума. И так же легко мы теряем связь с самими собой, когда игнорируем свои чувства. Отмахиваемся от них, делаем вид, что всё нормально, а внутри что-то тихо скребётся и мешает нам оставаться устойчивыми. Это про очень тонкую...

Иногда мы путаем уязвимость с неуверенностью. Это происходит почти незаметно — потому что с детства нам говорили: держись, не давай слабину, будь сильной. И мы привыкли прятать живое, думая, что так безопаснее. Но уязвимость — это не про слабость. Это про честность с собой. Когда мы открываемся, то сразу становимся видимыми. И в этой видимости действительно есть риск, что нас не поймут, что отвергнут, что посмотрят иначе. Но риск — не то же самое, что слабость. Неуверенность питается страхом. Уязвимость — опирается на понимание себя...

Дома мы можем быть самими собой. А как только выходим за дверь, моментально превращаемся в кого-то другого. Перед выходом надеваем, скажем, пиджак, и вместе с ним – некую роль. Перебираем эти роли в поисках подходящей. Меняем внешнюю оболочку. Играем каждый день и даже не особенно замечаем. Это здорово усложняет жизнь, потому что разговор из образа неизбежно вызывает стресс, который мешает понимать и выдавать собственные ответы. А ведь гораздо большее удовольствие – выйти за дверь и оставаться собой...

Очень важно. Просто чрезвычайно важно. Но, как всегда, есть одно “но”. Мы видим перед собой статус собеседника или значимость его решения раньше, чем его самого. Или можем в своем воображении раскрутить чужой авторитет так, что не снилось ни одному античному божеству. А важным оказывается совсем другое. Дело в том, что передо мной – человек. Вот что первостепенно. И обсуждая с ним бизнес или, скажем, оперу, я всегда помню: здесь, на Земле, мы на равных в человеческом рождении. И это равенство порядком меня поддерживает...