Цитаты. Воплощение фантомов

… Всякую осень Мирослава охватывало одно и то же непреодолимое желание. Ему хотелось сбежать. Не вернуться, а сделать свое и без того одинокое существование еще более одиноким, тотально одиноким. Ему казалось, что шум моря за окном, серый, стеклянный воздух, как будто отделявший его от остального мира - этого недостаточно. Он хотел раствориться и в воздухе, и в приливе, и в пожелтевшей траве на склоне утеса. И тогда Мирослав заказывал в интернет-магазине новую экипировку для своего привычного побега. Удобные спортивные брюки (с накладными карманами - а вдруг это будет долгое путешествие), удобный, теплый пуловер с капюшоном (хорошая защита от ветра и дождя), комфортный и красивый пиджак (ну куда ему без пиджака). Весь набор - в неброских цветах, точнее, оттенках - серого, коричневого. Самые незаметные в это время года. Хотелось именно слиться с небом, с морем, с последней, обессилевшей листвой на деревьях. Двенадцать километров до заброшенного парка в маленьком городке. Там, среди руин, внутри потерявшей форму английской планировки, особенно грустно и хорошо. Потом можно зайти в единственный стор, взять себе какой-нибудь простой виски на вечер и оправиться в обратный путь. Незамеченным, неузнанным. В парке тихо, ветра, совсем нет, голос птиц отчетлив. Каждый звук, каждый шелест различим. Красота! Но вдруг Мирославу почудилось, что кто-то говорит, совсем рядом, метрах в семистах. Да нет, не может быть, не ходит сюда никто. Заинтригованный он пошел на голос. Сквозь редкий кустарник различил какое-то ярко-желтое пятно. Женский голос экзальтированно что-то буквально кричал - в телефон, наверное. Подойдя еще ближе, Мирослав наконец различил: - Нет тут никакой метки! И можжевелового куста тоже нет. Если мы не найдем чертов тайник, знаешь, что он с нами сделает?! Мирослав, мгновение посомневавшись, вышел из-за дерева. - Вот же он, можжевельник, за спиной у вас... Из романа Вячеслава Микушкина "Отшельник поневоле"

...И наконец случай представился. Сильвер готовил дерзкую операцию. Дерзкую и очень сложную. Уже вторую неделю в городском музее гостила экспозиция из Конго. Казалась бы, что такого, чем может удивить местного жителя эта африканская страна. А все дело в том, что коллекция артефактов центрального этнографического музея включала в себя необычный экспонат - бриллиант "Коконат" весом 498 карат. Поговаривали, что реальный вес камня намного больше. А еще ходили слухи, что включение "Коконата" в экспозицию - хитроумная комбинация нидерландского преступного синдиката. Они пролоббировали выставку: бриллиант легально ввозится на территорию одной из европейских стран, чтобы уже тут более менее спокойно его похитить. Партнером коварных голландцев выступила команда Сильвера. Очень быстро выяснилось, что Сильвер пошел еще дальше. Он допустил утечку якобы совершенно секретной информации про похищение бриллианта, чтобы отвлечь правоохранительные органы от своего, более грандиозного плана. В момент инсценировки похищения "Коконата" несколько групп сильверовских головорезов должна была ограбить сеть ювелирных магазинов "Золото Маи", которая принадлежала авторитетной бизнесвумен Маине Курц. У них с Сильвером тлел давний конфликт. Интересно, что выручка от ограбления магазинов превышала стоимость на черном рынке "Коконата". На общем собрании банды я рекомендовал Леонида - он неплохо водил машину и хорошо знал город. Сильвер согласился, сказал, что поговорит с парнем. Накануне операции Лёнька чуть ли не со слезами на глазах зашел в мой импровизированный кабинет. - Представляете, он запретил мне идти на дело в моей прекрасной куртке. Приказал надеть полупальто - мол, оно правильное, легкое, не сковывает движения, то что надо рулиле. А сам в кашемировом олдскульном пальто будет, на кролике, с норковым воротником. Внутренне я улыбнулся. Я знал, что именно старомодный дресс-код Сильвера сыграет с ним дурную шутку. И я завел непростой разговор с Леонидом... Из детективной повести Артура Викторова «Червивые козыри».

...Я узнал о нем еще до того, как увидел в первый раз. Пацаны предупредили со странной улыбочкой: сейчас наш ассасин. Ребята тертые, изучил почти каждого подручного Сильвера: моя первая, а может быть и самая главная задача - найти среди участников "семьи" слабое звено. Без союзника сложно будет работать, это понимали все в отделе. Короче говоря, я ждал, что появится прожженный разбойник, опытный, циничный, возможно со шрамом в пол-лица. Ассасин, душегуб. И вот вошел Леонид. Парню лет девятнадцать может меньше даже. Улыбчивый, застенчивый, зажатый. Явно не из этой среды. На грубоватые шутки и фамильярность заслуженных членов сообщества, прятал глаза и все равно улыбался. И еще я обратил внимание на модную куртку: вызывающе-бордовый цвет, пуховик с капюшоном. Совсем не сильверовский дресс-код. Меня, конечно сразу озарила надежда - вот мой шанс, моя спасительная соломинка. - Привет, как дела? Кофе тебе налить? Парень, мне показалось, обалдел от моей доброжелательности. - Да, пожлуйста. - А откуда такое погоняло, ассасин? Скольких, так сказать, ликвидировал? - Да что вы! Я тут так, на подхвате. Да и, если честно, я не очень хорошо отношусь к насилию. Просто ходил в зал с Сергеем Ивановичем, вон с тем, в полосатом пиджаке. Ну и он меня убедил... Деньги очень нужны. Пока тут с компьютерами помогаю, иногда их детей отвожу на кружки или из школы встречаю. А ассасин из-за этой куртки. - А что в ней? - Ну как, она же с капюшоном. Вы что не слышали про игру "Ассассинс Крид"? Ну фильм "Кредо Ассасина" хоть смотрели? - А, точно! - Я фанат. Поэтому, когда решился, ну... влиться в семью, стал думать над образом. И выбрал за образец эту франшизу. В братстве ассасинов все ходят в плащах с капюшонами. Пошел в магазин, купил эту куртку. Потому что она легкая, но практичная. Теплая, от ветра защищает, даже от дождя. И, кстати, летом тоже можно носить. Волшебная. - Только цвет, знаешь ли... Не очень защитный. Не прибавляет скрытности, стелса, как у вас геймеров говорят. - Зато красивый. Я кивнул. И тоже улыбнулся. Я нашел того, кто мне поможет со всем тут разобраться... Из детективной повести Артура Викторова «Червивые козыри».

"...Отвлечемся немного - расскажу, как стала писательницей. Есть у меня подруга. Мы росли вместе, учились в одной школе, потом выбрали один колледж, да в Пенсильванский университет в Индиане поехали учиться вместе. Правда, Маргарет его не окончила - выскочила замуж за миллионера, владельца крупного издательства, за Феликса. Мы не прекратили общение обедали несколько раз в году. Всегда тонко шутили, что окончили Пенсильванский университет (не уточняя, в какой из как минимум трех) Нас, конечно, легко было принять за выходцев из Лиги плюща. Так вот, в одну из из таких встреч Марго заявила, что работает теперь в издательстве мужа. Точне, она сказала не работает, а наводит порядок. Мол, до нее там царил бардак, а теперь все отлажено на славу. "А пойдем, посмотришь, тут рядом". Я согласилась, мне было интересно. К тому моменту я сидела дома, в целом, скучала. Планов громадье, но чего-то не хватало. Может быть начального капитала. Тогдашний мой бойфренд раскошелился только на приличную квартиру на Манхеттене, все остальные траты контролировал очень жестко - мне, честно говоря, это уже начинало надоедать... Я сразу поняла, о каком порядке вела речь моя подружка. Издательство Феликса стало похоже на дом моделей. Марго подтвердила: она потребовала не только от сотрудников, но и от любого, кто переступает порог офиса, одеваться по хитрому дресс-коду: понедельник - вторник блэк тай, среда смарт кэжуал, четверг блэк тай, пятница кэжуал фрайди. "А то ходят не пойми в чем, джинсы полуистлевшие да худи из Волмарта". Она, конечно, безумица, но что-то в этом есть. Мы бродили по зданию, заглядывая в различные кабинеты. Марго мне все объясняла без умолку. И вдруг я увидела двух мальчиков в строгих костюмах которые жарко спорили о чем-то у компьютера. Костюмы формальные, даже я бы сказала, протокольные - но такие они в них раскованные и молодые, такие... "А, это перспективный писатель и его редактор. Одевались, как бомжи - а теперь посмотри какая прелесть. Могу познакомить. С обоими.". Я улыбнулась, но подумала о другом. Ведь я тоже могу вот так, быть писателем. Половина дела сделана: одеваюсь я прекрасно, осталось только подсесть к компьютеру. И в атмосферу Марго я впишусь идеально. И так мне понравилась идея, что я стала встречаться с этим мальчиком, писателем, в темно-синем костюме. А потом уж и до первой книги дело дошло. Которую я, разумеется, решила выпустить у Феликса. Правда, они к тому времени разбежались с Марго. Дресс-код отменили и я смотрелась там белой вороной. Очень хорошо одетой вороной".  Из автобиографического романа Элис Кран "Восстание на Бермудах".

...Лариса почти бежала по горячему песку пляжа Баньо Сирена. Слез ее никто не видел - их, как сухой ладонью вытирал сильный встречный ветер. Уж не сирокко ли, пронеслось у нее в голове. Нет, сентябрь, для сирокко рановато. Но если бы даже кто-то разглядел эти слезы на лице Ларисы, то не догадался бы, что плакала она от радости, может быть даже от счастья. Она помнила каждую секунду того вечера, когда впервые увидела Энцо. Маленький бар на окраине Неаполя, пара коктейлей на основе рома Zacapa Centenario 23, смолток обо всем на свете. Он прекрасно сложен, говорит по английски, знает несколько русских слов. И, конечно же, с невероятным вкусом одет. Даже в полутьме бара она разглядела его идеальный наряд. Синие замшевые ботинки (глубокое море), бежевые, уходящие в серый брюки (песок южных пляжей), великолепный синий пиджак (вечернее небо над Неаполем) со светлой, золотистой подкладкой (отблески заходящего солнца на перистых облаках) и перламутровыми пуговицами (чайки в полете или ракушки на берегу). Они бродили до рассвета по улочкам старого города, целовались, пили крепчайший эспрессо в ночном баре рядом с портом. А когда рассвело, Энцо, как настоящий джентельмен вызвал такси до ее отеля. Они договорились встретиться в субботу. Но накануне заветного свидания позвонил Сергей и велел срочно вернуться в Москву: одинцовские теплицы, в которых проклюнулись долгожданные ростки тюльпана "вайсрой" остались без света. Только Лариса, как формальная владелица цветочной фермы, своей подписью могла решить проблему. Иначе - крах. Она шла по вечереющему пляжу куда глаза глядели, зная, что не увидит больше Энцо, не прикоснется к фактурной, волнующей ткани его блейзера. Она плакала от счастья и благодарности за эти хоть и недолгие, но настоящие чувства, которые испытала. И конечно, она хотела оглянуться и увидеть Энцо, догоняющего ее. Она плакала от счастья и боялась оглянуться... Из романа Эльвиры Снись "Навсегда".

"... Первым делом Анна Сергеевна осмотрела самолет. Сразу было видно, разбирается. - Точно справишься с машиной? - Не волнуйтесь. Несколько лет работал инструктором в Тушине. Даже постарше модели попадались. Уже произнеся эти слова понял, что прозвучало двусмысленно. Но командирша, как мы ее называли за глаза, перешла к осмотру личного состава. Я был почти спокоен. Изучив ее вкус, выбрал достойную униформу. Леха одет в прекрасный синий джекет, сам я нарядился в, можно даже сказать, роскошный летний пиджак: удобный, не жаркий на земле, но спасающий от холода на высоте пары тысяч метров. Все проконтролировал, кроме одного: Леха надел под пиджак какую-то странную футболку. Нет, она неплохая, стильная, но Анна Сергеевна могла не оценить. Как я и думал, взгляд ее остановился на эклектичной экипировке моего помощника. - Ладно, поехали. Я с облегченно вздохнул. Когда уже набрали высоту Анна Сергеевна вдруг спросила: - Алексей, а вы знаете, что изображено на вашей майке? Леха улыбнулся во весь рот и кивнул: - Нет, Анна Сергеевна. Но мне нравится. - Я в свое время изучала на филфаке скандинавскую мифологию. Думаю, это рунический узор. Вот тут, по краям, явно вижу старшую руну Кеназ, символизирующую огонь, факел. Или маяк. А вот эти вертикальные полоски - разобранная паутина Вирда, сеть Скульд, как ее еще называют. Матрица судьбы. Такой постмодернистский подход. А ты как думаешь? Я, конечно мог уточнить, что для сети Скульд вертикальных полосок должно быть девять и Кеназ в этом орнаменте читается с большой натяжкой. Мог выдвинуть предположение, что скорее всего орнамент Лехе достался не рунический, а позднеславянский: вертикальные полоски это или дождь, или река, а "кеназы" по бокам - берега этой реки. Но я ответил мудро. - Полностью с вами согласен, мэм. Анна Сергеевна замолчала, стала смотреть в иллюминатор. Леха светился от счастья..." Из детективной повести Артура Викторова «Червивые козыри».