Геополитика России

Знаете, есть события, которые в учебниках выглядят как что-то само собой разумеющееся. Ну, присоединили Крым при Екатерине — и ладно, так и было задумано. На самом деле там столько слоёв, столько геополитической кухни, что обычный школьный абзац даже близко не передаёт сути. Мы привыкли воспринимать Крым как нечто исконно русское. И это действительно так. Но путь, которым полуостров стал частью империи, и особенно то, как его потом пытались оторвать, — это отдельная история. Интересно другое: когда смотришь на все эти события с высоты птичьего полёта, видишь чёткий алгоритм...

За годы работы с историческими материалами я заметил одну любопытную закономерность. Любые попытки ослабить Россию всегда начинаются с одного и того же приёма — разделения. Сначала раскалывают общее культурное поле, потом общий язык, потом общую память. А начинается всё с идеи, которая приходит извне и методично внедряется в умы. В Донбассе это сейчас особенно хорошо видно, когда бандеровская идеология с её человеконенавистнической сутью противопоставляется другой идее — защиты русского языка, Русского мира, защиты своей истории и памяти предков...

Когда говорят о присоединении Крыма к России, обычно вспоминают 2014 год. Но мало кто задумывается, что Екатерина II решила эту задачу ещё в XVIII веке. И решила так, что последствия этого шага ощущаются до сих пор. В те времена Россия и Османская империя постоянно сталкивались за влияние в Причерноморье. Крымское ханство, вассал Турции, десятилетиями держало южные границы России в напряжении. Набеги крымских татар на русские земли уносили тысячи жизней, сёла выжигались, людей уводили в рабство....

Сегодня, глядя на карту, мы воспринимаем выход России к морям как нечто само собой разумеющееся. Балтика, Черное море, Тихий океан — всё наше. Но в конце XVII в. ситуация выглядела совсем иначе. Россия была фактически заперта в континентальных границах. Балтика — под контролем Швеции. Черное море — Османская империя. Единственная морская артерия, которая оставалась доступной, — Белое море с портом Архангельск. Но оно замерзало на полгода, превращая торговлю в сезонный бизнес с огромными рисками. Петр эту проблему осознавал лучше всех...