Байки из Питера

Я пишу это, пока могу. Пока ещё не знаю, чем всё закончится — а это, как вы поймёте дальше, для меня теперь очень редкое состояние. Нашей дочери пять месяцев. Её зовут Ника. Муж — Артём. Я — Лена. Радионяня самая обычная. Аналоговая, б/у, отдали знакомые, чьи мелкие уже подросли. Два блока: детский с микрофоном ставится в комнате Ники, родительский — коробочка с динамиком и рядом зелёных лампочек — у меня на тумбочке. Лампочки загораются от громкости: тихо — горит одна, ребёнок плачет — вспыхивают все...

Я не знаю, сколько у меня осталось времени, поэтому буду писать коротко и по делу. Если этот пост появится — значит, я всё-таки смог отправить. Если нет… ну, вы и не узнаете. Меня зовут Кирилл. Мне двадцать девять. Я живу — жил — в Петербурге, в самом центре, в доме, которому больше ста лет. Типичная питерская коммуналка, разрезанная на отдельные квартиры ещё в девяностых. Третий этаж. Окна во двор-колодец, в который никогда не попадает солнце. Летом внизу сыро и пахнет помоями, зимой — мокрым камнем и чужим куревом...

Я никогда не думал, что буду писать что-то подобное. Я вообще не из тех, кто сидит на форумах и рассказывает страшилки. Но если вы это читаете — значит, мне нужно, чтобы хоть кто-то знал. На случай, если в следующие выходные я всё-таки останусь трезвым. Я долго не решался. Перечитывал, стирал, начинал заново. Потому что написать это — значит признать, что оно реально. Пока не записал, был крошечный шанс, что я просто спился и схожу с ума, как заурядный алкаш. Но нет. Я не спился. Точнее — спился, но не поэтому...

Я не жду, что вы поверите. Люди, которые сидят на ночных дежурствах, вообще привыкают, что им не верят: ты рассказываешь про шаги в пустом коридоре, а тебе говорят «недосып» и «тебе бы отпуск». Может, и правда недосып. Я долго так себе и объяснял. А потом «ночной сторож» бизнес-центра спас мне жизнь. И я перестал искать объяснения. Меня зовут Дмитрий (батя решил назвать в честь себя). Мне тридцать девять лет. Полтора года назад я устроился охранником в БЦ «Меридиан» на окраине города — восемь этажей...

Меня зовут Артём. Я всю жизнь прожил в Санкт-Петербурге, на Васильевском острове в панельной многоэтажке на улице Кораблестроителей. Если вы из Питера, вы знаете эти места: серые коробки домов, дребезжащий трамвай, Смоленка в бетонных берегах, а за ней, за оградой, — Смоленское кладбище с его вековыми могилами. И небо, которое девять месяцев в году лежит прямо на крышах. Я всегда думал, что просто не люблю этот город за сырость. Теперь я понимаю, что сырость — самое безобидное, что здесь есть. Всё началось в конце августа, когда зарядили дожди — те самые, что идут неделями почти без просвета...

Я пишу это не для того, чтобы мне поверили. Я знаю, как это работает в таких местах: кто-то прочитает, поставит плюсик, напишет в комментариях «жутко, аж мурашки» — и закроет вкладку. Через час забудет. Так и должно быть. Так безопаснее. Если вы дочитаете до конца и вам станет смешно — это лучший исход. Реально. Но если вы вдруг почувствуете, что в вашей квартире стало чуть теплее обычного, а старый телевизор, который вы давно не включали, как будто притягивает взгляд — отложите телефон. Выйдите из комнаты...