Театральное

Стоило мне перечитать «Пигмалиона», как захотелось немедленно увидеть его на сцене. Знакомые, чьему театральному вкусу я доверяю, тут же посоветовали идти в «Современник» — там, дескать, сам Сергей Маковецкий играет Хиггинса, а постановка сочетает живой разговор с эстетической лёгкостью, психологизм с гротеском. Я полез за билетами и тут же захлопнул вкладку: цены взлетали от трёх до двадцати тысяч рублей. В тот же вечер алгоритмы подсунули мне «Пигмалиона» в Театре Сатиры, где в роли Хиггинса значился Сергей Чонишвили — обладатель, возможно, самого красивого мужского голоса страны...

Вы сидите в бельэтаже. Перед вами — стена, грубо сложенная из серых угловатых глыб, словно детский рисунок крепости, увеличенный до пугающих размеров. Посередине громоздится помост, не то пьедестал для будущего монумента, не то эшафот для приглашенного на казнь. Но все это камера Цинцинната Ц. и мир вокруг него, собранный из картона. Цинциннат — в центре сцены. Вокруг него, как насекомые на свет, копошатся фигуры. Они мечутся. Они шепчутся. И вот — из этого роя до вас доносится фраза, определяющая тайный сговор, интимный ужас, публичный фарс: «Сообразно с законом, Цинциннату Ц...

В 2022-м Театр имени Евгения Вахтангова отметил полуторовековой юбилей. Однако история намного глубже официальной даты: каменный особняк на Арбате был возведён в 1873 году архитектором А. С. Каминским, а за десятилетия до рождения театра его стены уже были свидетелями смены эпох. Пройдя сквозь пожар гражданской войны и ужас бомбёжек 1941-го, к 1996 году театр обрёл статус академического и имя своего основателя — Евгения Вахтангова, став живым символом преемственности русского психологического театра...

Моноспектакль «Смешной человек», поставленный по «фантастическому рассказу» Ф. М. Достоевского «Сон смешного человека», — это лаконичное, но пронзительное путешествие в глубины отвергнутой души. Режиссёр и исполнитель главной роли Фёдор Малышев создал постановку, где каждая деталь работает на главную мысль: даже в кромешной тьме отчаяния мерцает свет любви и сострадания. Я смешной человек. Они меня называют теперь сумасшедшим. Это было бы повышение в чине, если б я всё еще не оставался для них таким же смешным, как и прежде...

Моноспектакль — трудный вид сценического искусства как для актёра, так и для зрителя. Сможет ли единственное действующее лицо так убедительно изобразить внутренний конфликт, чтобы заполнить всё пространство...