Истории перемен

Иногда самые ценные подарки судьбы приходят к нам в самый неожиданный момент. И часто мы не сразу понимаем их истинную ценность. Ольга стояла посреди гостиной и растерянно смотрела на старое пианино, занимавшее половину комнаты. Тёмное дерево, потёртые клавиши, царапины на боковых панелях — инструмент явно повидал многое на своём веку. — И что мне теперь с этим делать? — пробормотала она, проводя пальцем по пыльной крышке. Неделю назад Ольге позвонил нотариус и сообщил новость, которая её ошеломила:...

Телефон зазвонил в самый неподходящий момент. Марина как раз заканчивала важный отчет, до дедлайна оставалось меньше часа. — Да, мам, — вздохнула она, прижимая трубку к уху плечом и продолжая печатать. — Лена возвращается, — голос матери звучал странно, будто она сообщала о стихийном бедствии. Пальцы Марины замерли над клавиатурой. — Что значит "возвращается"? — То и значит. Муж выгнал. Сказала, что поживет у нас, пока не найдет жилье. Марина закрыла глаза. Младшая сестра всегда появлялась в её жизни как торнадо — внезапно, разрушительно и с требованием немедленной помощи...

«От кого это?» — Наташа вертела в руках небольшую посылку с незнакомым обратным адресом. День начинался как обычно: завтрак, сборы детей в школу, поиски документов мужа, которые он «точно положил на тумбочку». Почтальон позвонил, когда Наташа уже закрывала дверь. — Распишитесь, пожалуйста. Заказное. Бандероль была легкой, в бумажной упаковке. Отправитель: Кузнецова Е.В., г. Пермь. — Кто это? — спросила дочка Лена, выглядывая из-за плеча. — Понятия не имею. В Перми у нас никого нет. Дома, когда все разошлись, Наташа аккуратно распечатала посылку...

Звон старинных часов разнесся по пустой квартире. Елена Петровна, женщина лет шестидесяти с аккуратно уложенными седыми волосами, вздрогнула и отложила фотоальбом. Часы показывали ровно полдень. — Пора, — прошептала она, поднимаясь с потертого кресла. Елена Петровна медленно обвела взглядом гостиную: Каждый предмет хранил историю. Сорок лет жизни в этих стенах. "Дом — это не место, а состояние души", — любила повторять ее бабушка. Сегодня Елена Петровна должна была навсегда покинуть эту квартиру...

Всю жизнь я была "хорошей девочкой". Сначала для родителей, потом для мужа, потом для детей. И вот, когда мне исполнилось 58, я вдруг поняла — пора становиться хорошей для себя. — Мам, ты с ума сошла? Какая Португалия? Какие языковые курсы? Тебе пятьдесят восемь! — мой сын Кирилл смотрел на меня так, словно я сообщила ему о планах полететь на Марс. Я молча помешивала чай. За окном падал мокрый октябрьский снег, а в квартире было тепло и пахло корицей — я испекла яблочный пирог к приходу детей. Традиция собираться по воскресеньям у меня дома существовала уже много лет...

Знаете, что самое страшное в большом городе? Нет, не преступность и не бешеные цены на жилье. Самое страшное — это то, что мы перестаем замечать друг друга. Мы превращаемся в безликую толпу, где каждый сам за себя. И я была такой же — спешила по своим делам, не поднимая глаз от телефона, пока одно утро не перевернуло всю мою жизнь. Это был обычный понедельник. Я мчалась на работу, опаздывая на важную презентацию. Вагон метро был забит до отказа — люди стояли, прижавшись друг к другу, как сардины в консервной банке...