Рассказы

Решил талантливый художник нарисовать картину. Взял масляные краски… Краски были не те, неподходящие, а ещё и зелёный закончился. Конечно, он собирался нарисовать не пейзаж, а натюрморт с красными яблоками на синей ткани, но всё равно — а вдруг как-то настроение так ляжет, что захочется дорисовать что-то зелёное? Заказал художник «те краски», сел ждать. Прождал 3 дня, приехали краски. Взял мастихин… Мастихин был неподходящий. Деревянная ручка уже затёрлась, а его будущий шедевр был достоин лучшего инструмента...

– Всё, кажется, готово! – Теперь-то ты успокоишься? – спросила Ира. – Твоя мама нервничает. Все альбомы уже перерыты, телефон разрывается от звонков незнакомцев! – Ой, да ладно, потерпит. – отмахнулся Егор. Егор отошёл от стены и посмотрел на свою работу. Вместо обоев всю поверхность занимали фотографии с подписями. Они были соединены красными нитями, тянувшимися по стене, разветвляясь, словно схема метро или паутина. Собрать родословное древо Егор мечтал давно. Он расспрашивал маму, ещё живых бабушек и дедушек о тех, кого они помнили, или хотя бы слышали...

– Кормить-поить буду, но нянчиться — увольте! – бабушка подняла бровь и вскинула руки, будто уже пожалела, что согласилась. – Не хватало ещё, чтобы на старости лет в мамочку второй раз играть. Бабуля, хоть и была рада видеть свою кровинушку, сразу дала понять своему сыну Жене и его новой пассии, что сидеть с ребёнком не намерена. Не для того она с молодости примкнула к движению “FIRE”, чтобы на ранней пенсии в 45 лет носиться с внучкой. – Я в эту глухомань не затем ехала, чтобы тратить своё время на кого-то, кроме себя...

Если вы спросите у ребёнка, какое место он считает цитаделью фальши и лицемерия – вы услышите один ответ– детская поликлиника. Нет в мире большего средоточия обмана, чем, казалось бы, такое приветливое и нужное учреждение – не дайте себя обмануть! Сколько боли, сколько обманутых ожиданий и чаяний впечатано в эти расписанные Мамонтёнками стены! Как мелочно ведут себя взрослые по отношению к ребёнку! А ведь детские врачи ничем не лучше. Женщины в светлых халатах, лгущие тебе прямо в лицо, что “будет не больно”, и тут же нарушающие свои обещания...

— Мне нужно перебраться на ту сторону, — подумал еж Филипп. Перед глазами его простиралось бескрайняя зелёная пустыня, или, переводя на человеческий язык, сад бабушки Нины. Перед Филиппом стояла сложнейшая экзистенциальная задача–дойти до другой стороны сада, желательно, не намотанным на лезвия бездушного робота-газонокосилки. Задача нетривиальная даже по меркам человеческим, так как всякое живое существо, замеченное старой женщиной, рисковало оказаться либо за работой по прополке сорняков, либо на том свете...