Неловко вышло, мадам

Милости просим в Фонтенбло конца XVII века, где двор Людовика XIV временно покинул Версаль, чтобы наслаждаться охотой, лесами, прогулками и роскошью другой королевской резиденции, а одна из самых высокопоставленных дам Франции внезапно выяснила, что среди всей этой великолепной декорации ей не хватает самой простой вещи: возможности спокойно уединиться по человеческой необходимости. Эту даму звали Елизавета Шарлотта Пфальцская, хотя близкие знали её как Лизелотту, а французский двор — как Мадам, супругу младшего брата короля...

Добро пожаловать во Францию 1895 года, где двое влюблённых физиков собираются пожениться, родственники готовы немного добавить в эту историю свадебной красоты, а невеста смотрит на предлагаемый наряд с единственным разумным вопросом: а в лабораторию потом в нём можно будет ходить? Невесту звали Мария Склодовская. Она была молодой польской студенткой в Париже, жила очень скромно, училась так, будто собиралась лично доказать всей Европе, что женщина с формулами управляется ничуть не хуже мужчины, и...

Милости просим в жизнь Флоренс Найтингейл, где будущая «леди с лампой», суровая реформаторша британской медицины и женщина, способная одним отчётом заставить военное начальство нервно поправлять воротнички, однажды вернулась с прогулки по Афинам с маленькой совой. Это, конечно, не было запланировано. Никто не выходит утром из дома с мыслью: «Сегодня непременно заведу себе птицу. Желательно хищную. Желательно найденную под стенами Акрополя. А потом повезу её через половину Европы». Но жизнь, как известно, любит выдавать дамам неожиданные сюжетные повороты...

Милости просим в Эрмитаж Екатерины II, где разрешалось отдыхать, беседовать и веселиться, но строго запрещалось зевать, портить вещи, терять собственные ноги и, по какой-то особенно тревожной причине, что-нибудь грызть. Сразу уточним: речь идёт не о том Эрмитаже, куда сегодня приходят туристы с аудиогидами, бахилами и тихой надеждой не заблудиться между голландцами и античными вазами. Екатерининский Эрмитаж был местом гораздо более личным. Небольшой дворцовый павильон рядом с Зимним дворцом, предназначенный...

Милости просим в Виндзорский замок, где молодая девушка влюбилась в красивого принца, ждала его приезда, любовалась его глазами, улыбкой и манерами — и внезапно выяснила, что самого романтичного момента в этой истории не будет. Не потому, что принц нерешительный. Не потому, что плохо воспитан. Не потому, что не догадался, к чему идут все эти взгляды, прогулки и семейные надежды. Просто девушка была королевой Великобритании. А правящей королеве, как назло, нельзя сидеть у окна, томно вздыхать и ждать, когда избранник опустится перед ней на одно колено...

Милости просим в русскую дворянскую усадьбу, где готовятся красиво обустроить дом, выписывают обои из Петербурга, тщательно рассчитывают количество рулонов — и всё равно промахиваются ровно настолько, чтобы одна маленькая девочка через много лет стала великой математичкой. Нет, конечно, не надо сразу бежать обдирать стены в детской и заменять зайчиков на интегралы. Система, скорее всего, так не работает. Но с Софьей Ковалевской вышло именно это. Когда семья Корвин-Круковских переезжала жить в деревню, дом пришлось отделывать заново...