КЕЙСЫ

«У меня болит спина. Уже полгода. Врачи говорят — здорова. Но я не могу разогнуться». Алёна перепробовала всё: остеопатов, массажи, пилатес. Каждый раз облегчение на пару дней — и снова. В какой-то момент терапевт сказал: «Может, вам к психологу?». Она обиделась: «У меня не голова болит, а спина». Ко мне пришла скептически. «Я не верю, что разговоры уберут боль». Мы не разговаривали. Мы начали с тела. Я попросила её показать, где именно болит. Она положила руку на поясницу. Я спросила: «Если бы эта боль могла говорить, что бы она сказала?» Алёна закрыла глаза...

«Я хочу, чтобы он был чемпионом. Но он плачет перед тренировками. И я не знаю — жалеть или настаивать». Ирина пришла не к психологу для себя. Она пришла как мать. Её сыну 10 лет, он занимается плаванием с 6, у него хорошие результаты, тренер говорит — перспективный. Но ребёнок потерял интерес. Начал придумывать причины не идти на тренировку, капризничать, плохо спать. Ирина разрывалась: «Я не хочу давить. Но я боюсь, что он бросит, а потом пожалеет». Мы начали не с ребёнка — с неё. С её страха...

«Я больше не хочу её. И не знаю почему. Она красивая, я её люблю. Но внутри — пусто». Дмитрий пришёл ко мне потому, что испугался. Ему 42, успешный бизнесмен, двое детей, хорошая жена. А он перестал хотеть близости. Сначала — реже. Потом — стал избегать. Потом — увидел её обнажённой и ничего не почувствовал. Он думал: «Может, тестостерон? Может, возраст? Может, я разлюбил?». Врачи сказали — здоров. Жена плакала. Он чувствовал себя не мужчиной. Мы начали говорить. Не про секс — про жизнь...

«Я изменила. И теперь не знаю, зачем». Оля пришла с чувством вины, которое её душило. Она была замужем 12 лет. Двое детей, хороший дом, стабильная жизнь. Она встретила мужчину на конференции, и всё закрутилось за три дня. А через месяц она сидела у меня и не понимала, что произошло. Оля ждала, что я её осужу. Или скажу: «разбирайтесь в паре». Вместо этого я спросила: «Что ты чувствовала в те три дня, чего не чувствовала годами?» Она заплакала: «Меня видели. Со мной говорили. Я чувствовала себя живой»...

«Я соглашаюсь на секс, когда не хочу. Просто чтобы не объяснять». Катя произнесла это шёпотом, как будто признавалась в страшном преступлении. Ей 32, замужем 5 лет. Хороший муж — заботливый, нежный, не давит. Но она не могла сказать «нет». Не потому что боялась — она боялась его расстроить. Она думала: «Если я откажу, он решит, что я его не люблю. Что с нами что-то не так». Каждый раз, когда она соглашалась через силу, её тело закрывалось чуть больше. Она переставала чувствовать прикосновения. Потом — стала избегать близости...