Дом с запахом шалфея

Начало Предыдущая часть Дарья проснулась рано. Точнее — не спала вовсе. Она сидела у окна, глядя в темноту, за которой начинался город. Не её город. Уже — нет. Она думала. Вспоминала. Слушала, как дом дышит. Как скрипит пол. Как кактус ловит первое солнце. На столе — письмо. Её почерком. Но не ею написанное. "Ты уже знала ответ. Просто боялась его сказать. А теперь — просто иди." Шкаф открылся сам. Без скрипа. Зеркало — чистое. В нём — только она. И сзади Он. Он, как был. Тихий. Молчащий. Смотрящий...

Начало Предыдущая часть Смеpть пришла в четыре утра. Самое неуютное время, когда даже чайник не шипит, а холодильник делает вид, что никогда не гудел. Дарья сидела на полу, спиной к шкафу, обняв коробку с письмами. Окно в кладовке дышало светом, как глубокая рана. В зеркале — отражение, в котором она выглядела на десять лет старше. Или — на десять лет раньше. Смеpть постучала трижды. Не в дверь. В воздух. — Можно? — спросил голос. Хриплый. Вежливый. Дарья подняла голову. У окна стояла женщина в выцветшем халате с синими васильками, в тапках...

Начало Предыдущая часть В кладовке было два окна. Одно — маленькое, пыльное, выходящее в шахту. Второе — заложенное кирпичами, когда-то, наверное, глядело во двор. Третье — она нашла случайно. После очередной вспышки раздражения дома (лампа взорвалась, зеркало залилось рябью, а шкаф замкнулся на висячий замок из дыма), Дарья в панике металась по квартире, пока не наткнулась на неровность в стене кладовки. За старым ковром, прибитым кнопками. Она оторвала ковёр. За ним — трещина. За трещиной — каменная рама...

Начало Предыдущая часть Сначала ушла вода. Внезапно. Без объявлений и аварий. Просто — ни капли. Краны открыты, трубы шипят, но сухо, как на кладбище в жару. Потом — свет. Он стал... выбирать. Иногда лампа загоралась от вздоха. Иногда — не реагировала на хлопки, щёлканье и даже на проклятья. Дарья жила, как в сюрреалистическом шоу: то утюг начинает петь «Катюшу», то дверь в кладовку оказывается глухой стеной, хотя ещё вчера за ней были банки с огурцами. — Это ты? — спросила она кактус. Он молчал...

Начало Предыдущая часть Он пришёл, как будто всегда был. Просто однажды утром Дарья проснулась и нашла его на кухне. Он сидел за столом, пил чай (хотя чашка была пуста) и читал газету «Известия» за 1974 год. — Я сварила кофе, — сказала она автоматически. — Не пью, — ответил он, не отрывая взгляда. — Но спасибо. Очень тепло пахнет. Он был в том же пальто, что и на празднике, только лицо теперь было… собранное. Как будто пиксели сложились, и стало видно: у него резкие скулы, нос с тонкой горбинкой, губы — чуть насмешливые...

Начало Предыдущая глава Это началось с запаха. Тот самый, забытый: салаты с горошком, мандарины, смешанные с ёлкой, духи «Красная Москва» и свежий клей ПВА — запах детства, праздников и нафталина. Только Дарья его не узнавала — он был не знаком ей. На лестничной площадке стояли шарики. Настоящие, надутые, с рисунками котиков и улыбающихся младенцев. Кто-то развесил мишуру. В лифте звучал вальс из ниоткуда. И табличка на первом этаже гласила: "Приглашаем всех жильцов на Вечер Памяти. Вход строго с вещами...