Падение под Смоленском

2010 год. Россия-Польша. Крушение Ту-154М президента Качиньского стало шоком и причиной расследования поляков и русских. Расследование авиакатастрофы неизбежно обрастало политикой, с учетом того кто погиб и всей польско-русской истории. Начавшееся как попытка установить истину, оно неизбежно превращалось в поле боя, где каждый искал свою выгоду. Но пока политики спорили, следователи двух стран методично копались в записях и документах. И обе стороны сошлись в одном - самолет президента вели люди, которых в любой стране не подпустили бы к штурвалу захудалого международного рейса...

10 апреля 2010 года, небо над Смоленском. Ту-154М президента Качиньского поднялся над деревьями, накренился влево более чем на 90 градусов и перевернулся, устремившись к земле. В пассажирском салоне всех, кто не был пристёгнут ремнями, разметало в стороны, ломая кости. - ААААААА!! - кто-то закричал, леденящий душу крик прорезал рёв двигателей и стук деревьев о корпус самолёта. Он стал последним звуком, записанным черными ящиками, затем запись оборвалась. В нескольких сотнях метров от взлетной полосы "Смоленск-Северный" загорелся лес...

10 апреля 2010 года, небо над Смоленском. Внезапно система предупреждения о приближении к земле (TAWS) заверещала: Впереди земля! Впереди земля! Но в кабине рейса 101 никто не вздрогнул. Польские пилоты знали: военный аэропорт "Смоленск-Северный" не внесен в базу данных, для TAWS они снижались к земле в диком лесу. Поэтому штурман Зентек, человек с шестьюдесятью часами налета, протянув руку, "изменил высоту" изменением давления и обманул её. В то же время на земле диспетчеры Минобороны РФ с позывным "Корсаж", глядя на радар, продолжали вести их по курсу...

10 апреля 2010 года, небо над Смоленском. Ту-154М польского президента начал снижение чтобы сесть на аэродроме "Смоленск-Северный". Экипаж знал, что видимость в тумане в 2 раза ниже минимальной, но статус и график президента требовал посадки. Они готовились сесть, и если не выйдет, уходить на запасной аэродром. Директор по дипломатическому протоколу МИД Польши вошел в кабину пилотов в тот самый момент, когда за иллюминаторами не было ничего, кроме молочной белизны. Он не был летчиком, он был пассажиром, и его присутствие в кабине самолета само по себе было нарушением всех протоколов...

10 апреля 2010. Через 12 минут после приземления Як-40 в Смоленске, на аэродроме Варшавы дали отмашку. Двигатели Ту-154М ревом вышли на взлетный режим и борт 101 польского президента, отяжелевший от веса истории, политики и 96-ти душ на борту, оторвался от земли и взял курс на восток. Он был уже далеко, когда за иллюминаторами сгустилось то самое чувство необратимости, когда кубики сложились, решения приняты, мосты сожжены, и единственный путь ведет в туман неопределенности. Рейс 101 покинул...