Дела семейные🍰

— Вся родня на меня ополчилась. Осуждают, плюют в мою сторону, — расстроилась Елизавета. — И ты плюнь, — посоветовала подруга Инна. — Живи своим умом. Ишь, заботливые все! Чужими-то руками. Елизавета ничего не сказала, а только грустно вздохнула. Инна была права. Елизавета — шестидесятипятилетняя женщина, вдова. Живёт одна. Детей у неё нет, так сложилось. — Иногда вспоминаю про это и грустно становится, — поделилась как-то Елизавета с подругой. — Медицина сейчас далеко шагнула, и кабы в наши времена эту медицину, были бы у нас с Глебом детишки...

— Да продай ты эту квартиру! — Ни за что! — заявила Софья Павловна. — Не лезь не в своё дело! — Ах таааак?! Тогда не проси у меня ничего больше! — обиделась соседка и повернулась, чтобы идти, но Софья Павловна крепко схватила её за рукав кофты. — Зиночка, милая, ну прости, — залебезила она. — Ну характер у меня дурной, вспыльчивый с возрастом стал. Не обращай ты внимания на мои слова, сказала и сказала, в сердцах-то чего не скажешь! — Э-эх… — неодобрительно покачала головой Зина. Потом резким движением локтя выдернула из рук соседки свою кофту и скрылась за дверью своей квартиры...

— Ты сам-то понимаешь, что говоришь?! — возмутилась Инга. — А что такого-то? — Уйди с глаз моих долой, — процедила Инга. — Видеть тебя больше не хочу. — Ой, ну и пойду, прямо правильные все такие, аж тошно, — сказал Анатолий, сплюнул с досады на асфальт и пошёл по дороге. — Как так можно, это же твой родной сын… — тихонько проговорила Инга вслед бывшему мужу, качая головой и глядя, как он неторопливой пафосной походкой идёт по тротуару. Анатолий шёл с таким видом, будто бы ему принадлежал весь мир, ну или по меньшей мере, огромный торговый центр, мимо которого он проходил...

— Как ты можешь так говорить?! Это же твой родной брат! — Беги, Настя. Беги, пока не поздно, — мрачно заявила Оля. Настя удивлённо замолчала и подумала о том, что сестра мужа говорит странные вещи. *** — Мой брат тюфяк и рохля, каких ещё поискать! — заявила Оля подруге и коллеге Ирине. Девушки сидели в обеденный перерыв на лавочке, которая стояла в небольшом сквере рядом с офисным центром, в котором они работали. Погода была замечательная. Летнее солнце ласково светило и рядом с лавочкой, несмотря на то что невдалеке оживлённо гудело шоссе, по земле прыгала шустрая белочка...

— Как так можно, Марина? — Это я у тебя хочу спросить. Двадцать лет скрывать и молчать. Не два года, не даже, десять. А двадцать лет! — А ты сама-то, чем лучше меня?! — вдруг заявил Трофим. — Ты тоже молчала. Да ещё и подлость готовила. И успешно её осуществила. — В любом случае, заварил эту кашу — ты! И мне противно даже рядом с тобой находиться, — процедила Марина. — Как же ты выдержала этот год, бедняжка, — состроил сочувственное лицо Трофим. — Вы с твоей матерью друг друга стоите! Подлые обманщицы...

— Да что ты такое говоришь, сын? — удивилась мать. — Так не получится. — Почему?! — искренне удивился Влад. — Мы уже всё решили! — А вы её саму-то спросили? — Зачем? — ещё больше удивился Влад. — Мы же предлагаем хорошее решение, оно всех должно устроить! Всё, мам, мне некогда, Лера звонит. Влад начал раздражаться. Он сбросил вызов жены, а потом взял свою куртку с вешалки, быстро надел и приготовился выходить из квартиры. — В общем вы ей передайте то, что я сказал, а потом мне позвоните. Я буду ждать звонка...