Новый рассвет Империи

*Эдирне* Рустем-паша сидел в своём шатре, держа в руках письмо от жены. Слова о том, что у них будет ещё один малыш, заставили мужчину улыбнуться, но вместе с тем в его сердце смешались радость, тревога и нежность. Он отложил свиток и задумался, глядя на огонь светильника, словно в его пламени видел будущее своей семьи. Взяв в руку перо, паша начал писать ответ "Госпожа моего сердца, моя Михримах. Получив твоё письмо, я не смог сдержать улыбки, и сердце моё наполнилось нежностью при вести о том, что скоро нас станет больше...

Айше Султан, облачившись в платье цвета изумруда, сидела на тахте, завтракая вместе с дочерью — Нергисшах – начала возлюбленная Султана — Как ты себя чувствуешь, моя девочка? Девочка, съев кашу, девочка взяла кусочек ягодного лукума — Я чувствую себя лучше, мамочка – ответила маленькая султанша — Благодаря Вам и Вашей заботе я вернулась к Вам. — Моя, красавица – провела рукой по лицу дочери Айше Султан улыбнулась, её глаза засветились нежностью, а в уголках губ притаилась лёгкая грусть. — Я так боялась,...

Переступив порог султанских покоев, Хюррем Султан, не застав сына комнате, вышла на террасу в надежде, то Падишах там. Интуиция, выработанная годами, не подвела рыжеволосую Госпожу. Мустафа стоял на балконе, положив руки на перила. Валиде Султан почувствовала, как сердце сжалось в тиски при виде страданий сына. Она подошла к нему, положи руку на плечо мужчины. — Сынок – тихо обратилась женщина Мустафа вздрогнул от прикосновения, но не обернулся. Его плечи были напряжены, а взгляд устремлён в тёмную даль, где едва различались огни Стамбула...

С первыми лучами рассвета, Рустем паша уже был на ногах. Мужчина, переодевшись, открыл дубовые двери, приказав служанке: — Гюльбахар – тихо, дабы не разбудить жену, обратился паша — Иди в сад и нарви цветов для Михримах Султан. И еще… пока меня не будет, ты будешь рядом с Госпожой. Днем и ночью. Станешь ее тенью. Докладывай мне обо всем, что происходит в стенах моего дома. Я доверяю тебе, Гюльбахар. Не подведи меня. Михримах Султан непросто моя жена. Она - мое сердце и честь этого дома. Береги её покой, как свой собственный – тихо добавил Рустем паша, глядя в глаза служанке...

Вечер опустился на Османскую Империю. Солнце, что днём нещадно палило, сейчас скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь багряную дымку, медленно растворяющуюся в густеющей синеве неба. Прохладный ветерок, несущий с собой ароматы жасмина и морской соли, пробежал по узким улочкам Стамбула, заставляя трепетать пламя масляных ламп в окнах домов. С минаретов донеслись протяжные голоса муэдзинов, призывающие правоверных на вечернюю молитву. Их слова, словно шелк, струились над городом, переплетаясь с шумом базара, который, впрочем, уже начинал стихать...

К главным воротам величественного дворца Топкапы подъехала роскошная карета. Из экипажа вышла высокая, стройная, словно лань, девушка. Ее волосы цвета теплой карамели ниспадали волнами на ее плечи. Это была никто иная, как дочь покойных Хафсы Султан и Фатиха паши, Армаан Султан. Юная султанша на всю империю прославилась своей необычайной красотой. Армаан Султан была не просто красива — её внешность казалась воплощением самой гармонии. Кожа, словно фарфор, светилась изнутри, а глаза — глубокие, как ночное небо над Босфором, — таили в себе загадку и мудрость, не свойственную её юным годам...