Чингиз-хан 02

В 590-м году по хиджре (1202-й год по милади), в год Дунгыз (Свиньи) когда мне было 44 года, меня возвели на ханство. Это, собравшись на берегу Онона, совершили главы шести куреней, а именно: Алтан, Хучар, Даритай, Сэчэ, Тайчу и Ханум. Все могулы местности Наман-кере, где тогда располагался мой стан, и приглашенные беки приняли меня за своего верховного правителя. Лишь несколько сильнейших соседних родов не признавали над собой моей власти, а все прочие покорились. По сему случаю я учинил великий пир...

Если на пути к унгиратам мы благополучно проехали через стойбище татар, то на обратном пути моему отцу Есукаю Багатуру не удалось их миновать. В Цекцерской степи возле костра с кипящим котлом пировали татары. Они были настроены миролюбиво и пригласили отца присоединиться к ним. Есукай Багатур знал, что их гостеприимство показное, ведь татары наши извечные враги, к тому же девять лет назад он захватил в плен и казнил их вождя Тимерчина, именем которого я был назван. По закону Степи гостя нельзя убивать, и отец принял приглашение...

В одну из весен года Дунгыз - Свиньи, когда гора Бурхан начала покрываться молодой зеленью, мой отец Есукай Багатур задумал сосватать мне невесту из татарского племени унгират. - Не рано ли нашему Тимерчину жениться? Ему ведь только еще девять лет, - заволновалась моя мама Айлун Хатун. Волновалась она лишь ради приличия, она никогда не перечила мужу. И жили они всегда мирно и дружно, несмотря на то, что отец силой забрал ее у меркитов. Похоже, они были даже счастливы друг с другом, хотя у моего отца была и другая жена...

Анда Джамуха – побратим Чингиз-хана Сейчас я уже и не вспомню, когда мы побратались с Джамухой, до моего сватовства к Бортэ или после. Обряд побратимства, как и некоторые другие, перешел к нам от текью, так называли раньше тюркские племена. У тюрков всегда были большие и сильные государства, и мы входили в них отдельным самостоятельным улусом. У нас с ними много чего общего, гораздо больше, чем с китайцами - и вера, и обычаи, и даже языки очень похожи. Этот обряд называется «анд ичмек» - «питие анда»...

«Чингиз‑хан 02. Искупление“ — первая книга Рафа Гази (Рафаэля Миргазизова) трилогии о Чингиз‑хане: путь от личной трагедии к империи. Обзор содержания в контексте цикла (вторая книга - „Родословная татар“, третья книга - «Аркан Кун. Возвращение Чингиз‑хана“ «Чингиз‑хан 02. Искупление» — это не столько роман о прошлом, сколько размышление о настоящем и будущем, поданное как исповедь самого Чингиз‑хана. В нём историческая хроника соединяется с философской антиутопией: автор показывает, какой могла быть человеческая цивилизация — и почему она пошла по разрушительному пути...

Аланг проснулась на рассвете. Ее разбудил солнечный лучик, упавший на ее красивое лицо через дымник - верхнее отверстие ханской юрты. Луч, увеличиваясь в размерах, проник внутрь шатра и опустился на ложе сонной красавицы Аланг. И это был уже не солнечный поток, а привлекательный мужчина с карими глазами, белым лицом и рыжеватыми волосами. Молодая вдова хана попыталась встать с постели, но ноги ее не слушались. Она хотела окликнуть прислужницу, которая ночевала вместе с ней в юрте, но не смогла вымолвить ни слова...