РЕБЕНОК ДЛЯ ДОЧЕРИ

— Мне всё равно, что будет с ней, просто спасите его! Семь месяцев — они уже выживают, правда? Доктор, вы должны сохранить ребенка! — Юля вцепилась в его халат. — Любой ценой! ЧАСТЬ 1 ЧАСТЬ 5 Елена попыталась открыть глаза, но свет из окна, обычно мягкий и рассеянный, отозвался резкой болью в висках. Перед глазами заплясали яркие, навязчивые мушки. Она приподнялась на локте, и мир тут же накренился, как палуба тонущего корабля. — Только не сейчас, — прошептала она, нащупывая на тумбочке тонометр...

ЧАСТЬ 1 ЧАСТЬ 4 Заточение в четырех стенах собственной квартиры начало сводить Елену с ума на вторую неделю. Она привыкла к шуму стройплощадок, бесконечным звонкам заказчиков. Теперь её миром стал бесконечный сериал турецкий сериал по телевизору, который она смотрела, и тиканье настенных часов. Дочь заходила дважды в день. У неё был свой комплект ключей, и она больше не звонила в дверь — о своих визитах она теперь не предупреждала. — Мама, почему ты не в компрессионном трикотаже? — Юля вошла в спальню, даже не сняв куртку...

— Ты что творишь? — прошипела она. — «Толчки»? На двенадцатой неделе? Какие толчки, Юля? Тебя любая рожавшая женщина раскусит за пять минут! Ребенок еще размером с лимон, он не может пинаться так, чтобы ты вскрикивала! — Ой, мам, не умничай, — Юля раздраженно вырвала руку. — Никто об этом не думает. Люди видят то, что хотят видеть. ЧАСТЬ 1 ЧАСТЬ 3 Латексный мешочек, наполненный специальным гелем, был на ощупь противным и липким. Юлия крутилась перед зеркалом в спальне, прикладывая его к своему плоскому животу...

— Я не могу взять больничный на девять месяцев, — отрезала Елена. — У меня работа, обязательства. Я и так выкроила время на этот перенос. — Работа подождет! — голос Юлии стал резким. — Если ты сейчас перенапряжешься и ничего не получится, ты себе это простишь? И я тебя не прощу! ЧАСТЬ 1 ЧАСТЬ 2 Комиссия по этике состояла из трех человек: пожилой женщины-профессора с буклями, молодого юриста в слишком узком галстуке и представителя администрации клиники. Юлию и Артёма попросили подождать за дверью...

— Это моя жизнь, мама хочет помочь! — Вот именно, твоя! — Олег повернулся к падчерице. — А это — жизнь твоей матери. Вы эго.исты, если хоть на секунду допустите эту мысль. Артем, скажи ты! Артём молчал. — Я не эго.истка, — тихо сказала Елена мужу. — Я мать. И я вижу, что моя дочь поги.бает. Если я могу дать ей это… почему нет? ЧАСТЬ 1 Папка с результатами обследования лежала на коленях Юлии. Девушка смотрела на свои пальцы — лак на указательном ногте едва заметно треснул. Это раздражало её больше, чем слова врача, произнесенные пять минут назад...