Нежданное наследство 3

Начало То, что происходило на площади и за ее пределами, было больше похоже на стремительное, неудержимое чудо, чем на какую бы то ни было магию, которую я когда-либо видела. Краски не просто возвращались — они взрывались, рождаясь из самого воздуха, переливаясь и смешиваясь в ослепительном калейдоскопе, заливая серый, вымерший город жизнью, звуком и движением. Словно невидимый великан перевернул гигантскую банку с красками, и они хлынули на выцветший, как старая фотография, мир, заливая каждый сантиметр своим сиянием...

Начало Приготовления к «прыжку» заняли весь следующий день, и проходили они в почти священной тишине. На сей раз мы собирались не как воины на битву, а как… исследователи, готовящиеся к погружению в марианскую впадину. Или как хирурги, настраивающиеся на операцию на открытом сердце. Воздух в нашем временном доме был густым и тягучим, наполненным запахом сушеных трав Захара и озоном от паяльника Игоря. Сам Игорь потратил несколько часов, склонившись над своим оборудованием с таким сосредоточенным видом, будто от каждой спайки зависела судьба мира...

Начало Следующие несколько дней слились в один почти священный ритуал. Каждое утро, едва солнце золотило кромку горизонта, мы возвращались на серую площадь, неся с собой нашу скромную коллекцию «противоядий». Захар — с своим тщательно завернутым в холстину свертком, набитым «отголосками дома», которые он теперь перебирал с сосредоточенным видом аптекаря, смешивающего целебные зелья. Фимка — с горящими глазами и горстью новых, найденных по дороге сокровищ (теперь он не просто собирал, а целенаправленно охотился за всем самым ярким, необычным, за каждой каплей цвета в этом потускневшем мире)...

Начало Игорь со мной на руках и мои домочадцы не останавливались, не думая, не чувствуя ничего, кроме животной потребности бежать, пока цветной мир, настоящий, пусть и потускневший в вечерних сумерках, не обрушился на нас с головокружительной силой. Мы рухнули на колючую траву у обочины, как подкошенные. Я лежала на спине, безвольно раскинув руки, впиваясь пальцами в стебли, чувствуя их упругость, их жизнь. Воздух, густой, пахнущий пылью дорог и свободой, был самым сладким наркотиком, самым изысканным благовонием, что я вдыхала за все эти бесконечные часы в сером аду...

Начало Воронка не просто поглощала свет — она пожирала само пространство вокруг. Воздух у самого края гудел низкочастотным, неслышимым гулом, вибрируя и закручиваясь в зловещие вихри. Он затягивал в себя не только пыль — он воровал звук, выхолащивал намерение, обрывал нить мысли, едва она рождалась в голове. Каждый мой шаг давался с нечеловеческим усилием. Игорь шел первым, его спина была напряжена как тетива лука, готовая сорваться. Он не отпускал мою руку, наши пальцы сцепились в мертвой хватке — два якоря на штормовой волне, не дающих друг другу сорваться в небытие...

Начало Мы продвигались по извилистому переулку, где каждый шаг отзывался глухим эхом. Мои нервы были натянуты как струны, а сердце билось неровно, то ускоряясь, то замирая. Внезапно узкий проход резко оборвался, и перед нами открылась картина, от которой кровь застыла в жилах. Городская площадь предстала перед нами как гигантская, вымершая панорама. Широкое пространство, вымощенное неестественно гладкой плиткой, казалось застывшим во времени. Но самое страшное было не в этом — площадь была усеяна людьми...