Мы просто в этой тишине Искали звуки. Сгореть хотелось в их огне, Но мерзли руки. И губы в детской простоте Тепла просили, Но слов об этом в тишине Не говорили.
Я оставил свой след на снегу, А на завтра был снегопад. Он сказал " Я твой след сотру". Вот такой у меня теперь враг. Я оставил свой след на снегу, А на завтра искал напрасно. И сказал я "Спасибо" врагу, "Мне вдруг многое стало ясно".
Все считаем свои трудодни По давно заведенной привычке, За окном все мелькают они Мимоедущей вдаль электрички... И сгорают простым огоньком От простой очень маленькой спички. Ни о чем, ни о чем, ни о чем Наша жизнь, это слово в кавычках.
Я не читаю ей стихов, Одни напрасные молитвы. Как тень от старых лопухов, Что проросли на поле битвы. Весь наш роман написан прозой На черновик ушедших дней. Он каждой буквой в строчке познан И каждой запятою в ней. Наш самиздатовский тираж Сгорит, сгодившись на растопку. Когда-нибудь потомок наш Не чокаясь поднимет стопку. Пускай финал все не готов, Уже бегут по кадрам титры. Я не читаю ей стихов, Одни напрасные молитвы.
Сделаем вид, что любим, Сделаем вид, что ждем, Сделаем вид и забудем Завтра, совсем, обо всем. Сделаем вид, что свободны, Сделаем вид, что мы. Сделаем вид сегодня - Завтра мы вряд ли нужны.
Все несбывшееся, прости! Все несказанное, виновен. Неувиденное, грусти. Нелюбимая, не достоин. Неоткрытое, жди других. Все неспетое - в горле комом. Не написан тот самый стих, Будто боль не узнала стона. Будто радость не расцвела После той мимолетной улыбки. И тогда начала судьба Все за мною считать ошибки. Нелюбимая, не грусти И меня разлюби отныне. Все несбывшееся, прости И будь счастливо там с другими.