Я возвращался с работы. Радио привычно бормотало что-то в салоне. И вдруг, пробившись сквозь треп ведущих, в меня ударил факт: трудоголики живут на двадцать лет меньше. Доехав до дома, я сразу кинулся его проверять...
Я давно подозревал, что пенсия — это не социальный статус, а форма военной хитрости. И пока мы, люди рассеянные и суетливые, полагаем, что старик со складным стульчиком у подъезда — это просто чей-то дедушка, вышедший подышать кислородом, на самом деле это боевая единица...
Вот, представьте: сижу я, укутавшись в плед, похожий на шкуру не слишком удачливого, зато очень пушистого зверя, и смотрю на лампочку. Обычную такую, ватт на сорок, слегка подмигивающую — похоже, где-то на линии электропередач то ли ангел крылом задел, то ли контакт отходит...
Вот, уважаемые читатели, и настигла нас суббота. Упала как снег на голову, хотя ждали мы её всю неделю с упорством полярников, мечтающих об арбузе. И я, потягиваясь в кровати, поймал себя на мысли, достойной...
Ну-с, дорогие вы мои, присаживайтесь поближе к этому виртуальному камельку. Суббота, как вы верно заметили. Время, когда хочется снять не только галстук, если таковой имелся, но и верхний слой шелухи, которую мы почему-то называем важными мыслями...
Вечер упал на город с той особенной, липкой субботней грацией, когда время перестает быть физической величиной и превращается в густой кисель. Ужин был съеден, котлеты пали смертью храбрых, и наступил тот сакральный час, ради которого, честно говоря, и живешь всю рабочую неделю...