Тонкие места
Это было в баре гостиницы «Уральский теремок» в Екатеринбурге, года три назад. Я коротал вечер в одиночестве, накручивая на вилку пельмени, когда за соседний столик подсел он. Корреспондент, каких теперь...
1 день назад
Бойтесь своих желаний, они могут сбыться»: Исповедь человека, который не умел рисовать, но научился останавливать время
Всю сознательную жизнь я ненавидел воскресное утро. Нет, не потому, что завтра на работу — с работой у меня, слава богу, всегда был полный штиль и никакого барометра. А потому, что в моем доме водились карандаши...
Книга против плёнки: Исповедь разочарованного
Представьте себе: вечер за окном красиво так темнеет, занавески колышутся от форточки, чай остывает в любимой кружке, а я — в кресле. Кресло старое, скрипучее, но до того уютное, что хоть орден ему давай...
Там, где звёзды трутся спинами
К середине февраля зима превращается в декорацию, которую забыли сменить. Снег лежит нехотя, с оттенком извинения за свою серость. Мы с супругой сидели на кухне, между нами — два кота, оккупировавших подоконник, и целый континент молчания, который мы сообща наводили последнюю неделю...
День боли: краткий отчёт генерала, проигравшего войну собственному дивану
Вчера, омыв лицо студёной водой (акт, достойный спартанца), я бросил вызов своему отражению. Зеркало, этот беспристрастный летописец бытия, предъявило мне отнюдь не Аполлона, а некоего гражданина, чьи контуры мягко и неумолимо стремились к форме доброго пончика...
Опыты над собой. Как я искал покой при помощи науки, юмора и готовности выглядеть идиотом.
Мир в такие дни — как плохо настроенный советский транзистор: треск, помехи, обрывки то ли «Немецкой волны», то ли навязчивой джингл-мелодии. Мой внутренний мир — не тихая гавань, а вокзал в час пик, где каждый пассажир — мысль, и все кричат, что их поезд уходит первым...