Семья без фильтров

— Этот гроб мы вынесем на помойку уже в субботу, — Денис с размаху хлопнул ладонью по резной дверце буфета. Анна Павловна молча стряхнула крошки со стола в подставленную ладонь. — Не стучи, — ровным голосом произнесла она, ссыпая крошки в раковину. — Расшатаешь петли. — Какие петли, бабуль? — Денис раздраженно закатил глаза. — Ты посмотри на него. Он весь кривой. Он занимает три квадратных метра полезной площади в твоей крошечной двушке. Лена вчера звонила, говорит, у тебя в коридоре не развернуться из-за этого хлама...

— Руки убрала от моего кошелька, — рявкнул мужчина в дорогом кашемировом пальто. Вера выронила терминал на ребристый резиновый пол. — У вас фальшивый проездной, — твердо ответила она. — Ты в своем уме, тетка? — пассажир брезгливо отряхнул рукав. — Это социальная премиум-карта. Вера подняла терминал. Запах мокрой шерсти от пальто пассажира смешивался с удушливой пылью от печки трамвая. Мужчина возвышался над ней, как башня. На вид ему было около сорока. Идеальная стрижка. Кожаный портфель. — Карта не проходит по базе, — Вера посмотрела прямо ему в глаза...

— Ты куда полез грязными руками к моим чертежам?! — папка с грохотом приземлилась на линолеум. Михаил молча наклонился. Собрал разлетевшиеся листы. — Насыпь ползет, — спокойно произнес он. — Ты кто такой? — Егор Валерьевич брезгливо пнул носик резинового сапога старика. — Ты охранник! — Я вижу трещину. Суглинок набрал воду. — Твое дело — жать на кнопку шлагбаума! Егор Валерьевич расстегнул кашемировое пальто. От ткани пахло дорогим табаком и автосалоном. — Ты в курсе, сколько стоит час простоя? — Я в курсе, как работает дренаж...

— Увольняйтесь по собственному, или я спишу на вас недостачу со склада, — Егор Валерьевич брезгливо поморщился и отодвинул от себя график дежурств. Зинаида Павловна сжала в руке тяжелую связку ключей. Металлические грани больно впились в ладонь. — Вы прекрасно знаете, что склад вскрывали не в мою смену, — ровным голосом ответила она. — Мне абсолютно плевать, Зинаида Павловна, — молодой директор завода откинулся в кожаном кресле. — Вы занимаете ставку, которая не приносит предприятию ни рубля. Ваш оклад — сорок пять тысяч...

— Ты зачем мои теплые носки спрятала? — раздался глухой крик из недр спальни. Галина щелкнула металлическим замком чемодана. — Я их не прятала, Витя. Они в комоде. Третий ящик сверху. — А почему не на стуле? Мне что, теперь по всей квартире их искать? Из комнаты показался Виктор. На нем была расстегнутая клетчатая рубашка, а в руках он сжимал одну серую полушерстяную ткань. Лицо его выражало искреннее, глубокое возмущение. — Витя, я уезжаю через двадцать минут. Такси уже в пути. — Куда ты уезжаешь? — он искренне нахмурился...