Семейные секреты

Я открыла холодильник и увидела напротив своего имени: «23:00–00:00 — кухня, пол, ванная». За спиной звякнули бокалы, а невестка вытянула из ведра серую тряпку и кивнула. — А ну, хватай тряпку и марш мыть полы! — крикнула Вера. — Я не рождена пачкать руки домашней работой. У меня за день было двенадцать клиентов. Было половина одиннадцатого. Я вернулась со второй смены на новом складе, сняла тесные туфли и ещё не успела разогреть котлету, оставленную утром. В гостиной стояли четыре пустые бутылки...

— Я звала Вас почти два часа, — сказала я свекрови, не снимая пальто. Раиса Павловна лежала у окна паллиативной палаты. Рядом с кроватью стояла Оксана, социальный работник больницы. Утром она позвонила мне домой и произнесла фразу, от которой я уронила дочерину сменную обувь: «Пациентка утверждает, что четырнадцать лет назад отменила вызов скорой по Вашему адресу». Свекровь не попросила закрыть дверь и не стала ссылаться на лекарства. Она сжала зелёную брошь на вороте халата. — Я слышала тебя, Алёна...

— Мама, ты правда просила Марину забрать меня насовсем? — Юля положила передо мной три ксерокопии. Копии ей дала моя младшая сестра Марина. На плите у неё сбежало молоко. Белая пена шипела на конфорке, но Марина не повернула головы. Она стояла у буфета, прижимая к груди синюю папку с нашей семейной хроникой, а моя четырнадцатилетняя внучка Лиза сидела у окна и снимала с запястья тканевый браслет — тот самый, который я привезла ей весной. Я прочла первую строку на верхнем листе и сразу узнала свой почерк...

Я внесла запечённую курицу, а Николай отодвинул мой стул от сына. — Марина сядет здесь. Без неё этого ужина вообще бы не было. Возле стола уже стояла незнакомая женщина с короткими медными кудрями. Перед ней лежала моя льняная салфетка с вышитой буквой «В», а мой прибор Николай переставил к краю, рядом с дверью на балкон. Денис поднялся, забрал у меня тяжёлое блюдо и улыбнулся так виновато, будто мы готовили сюрприз друг другу, а не только мне. — Мам, не сердись. Это Марина Сергеевна. Та самая женщина, которая сдала кровь, когда меня оперировали...

— Ты опять поздно, — сказала рыжеволосая женщина моему мужу и поцеловала его в щёку так привычно, будто делала это каждый вечер. Потом она повернулась ко мне: — Тамара, нотариус успеет оформить продажу дачи до субботы? Виктор сказал, вы уже всё решили. До этой минуты я считала её заказчицей. Смету на веранду Виктор принёс мне меньше часа назад и уверял, что подержанный микроавтобус наконец вернёт его к работе. Теперь хозяйка гостевого дома знала о продаже моей наследственной дачи больше, чем я сама...