Вера Петровна увидела Павла у молочного ларька, когда считала мелочь на творог. Сначала не узнала. Мужчина стоял у прилавка в тёмной куртке, с седыми висками и старой кожаной папкой под мышкой. Купил кефир, повернулся — и замер...
Первый чек Марина нашла в кармане мужниной куртки. Она собиралась положить её в стирку и привычно проверила карманы. Из внутреннего отделения выпал длинный клочок бумаги. Детская кроватка. Матрас. Два комплекта пелёнок. Сумма была почти сорок тысяч рублей. Марина несколько раз перечитала дату. Чек пробили три дня назад, когда Виктор сказал, что задержался на работе. Их детям было тридцать два и двадцать девять. Внуков пока не было. — Это кому же ты кроватку купил? — спросила она вечером. Виктор на секунду замер...
Анна Петровна открыла дверь и сразу поняла: внук пришёл не чай пить. Илья стоял в подъезде хмурый, с папкой под мышкой. Даже куртку не снял. Прошёл на кухню, положил перед бабушкой какие-то бумаги и сказал: — Нам надо серьёзно поговорить о квартире. Анна Петровна медленно села на табурет. Квартира была её. Обычная двухкомнатная, на четвёртом этаже старой пятиэтажки. Здесь она прожила почти сорок лет. Здесь вырастила дочь, похоронила мужа и нянчила Илью, пока его мать устраивала личную жизнь. — А что с квартирой? — спросила она...
Алексей понял, что что-то случилось, когда его ключ не подошёл к дачной калитке. Он стоял у старого зелёного забора с пакетом рассады в одной руке и банкой краски в другой. Хотел приехать пораньше, пока жара не началась...
Надежда нашла старый фотоальбом в нижнем ящике шкафа, когда брат уже считал, сколько можно выручить за матьину квартиру. Квартира ещё пахла лекарствами и маминым кремом для рук. На кухне стояла недопитая чашка...
У нотариуса Светлана сидела с таким лицом, будто квартира уже лежала у неё в сумке. Рядом устроился брат Игорь. Он всё время поглядывал на часы и вздыхал. — Давайте быстрее, — сказал он. — У меня встреча через час...
