Тёщины рассказы

Светка влетела в нашу прихожую, как ураган. Она всегда так появлялась — с грохотом захлопывая дверь, с кучей пакетов из торговых центров и неизменным запахом дешевых сигарет, который въедался в нашу обивку коридора. — Андрюха! — крикнула она, даже не разуваясь. — Есть пятьдесят тысяч? Срочно. До понедельника, клянусь здоровьем! Я вышла из спальни, вытирая руки полотенцем. Андрей, сидевший на диване с планшетом, вздрогнул. Он виновато посмотрел на меня, потом на сестру. В его глазах уже читалось: «Ну что я могу поделать, это же родня»...

Вопрос повис в воздухе, как тяжёлый кухонный нож, который я только что отложила в сторону. Серёжа сидел напротив, нервно потирая ладони, и смотрел на меня взглядом побитого щенка, в котором, однако, проглядывала какая-то неестественная решимость. — С какой радости я свою квартиру на чужого мужика перепишу? — переспросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Лена, ну ты опять за своё? — он тяжело вздохнул, будто я была неразумным ребёнком, который не понимает простых вещей. — Это не «чужой мужик», это Игорь...

Моя дача — это не просто шесть соток. Это наследство от бабушки, место, где я знала каждую яблоню по именам. Муж Игорь знал, как я к ней привязана. Но его мать, Галина Сергеевна, видела в этом участке не место для отдыха, а личное оскорбление. — Негоже, чтобы молодая семья в такой глуши горбатилась, — вещала она каждое воскресенье, едва переступив порог. — А вот мне, с моими больными ногами, воздух нужен. Да и вообще, имущество должно быть в руках мудрых людей. Ты, Лена, человек пришлый, а Игорь здесь родился...

У меня горел проект. Дедлайн через три часа, отчеты висели в облаке, а я сидела в наушниках, пытаясь сосредоточиться на цифрах. В такой момент даже звонок курьера кажется личным оскорблением, а уж звонок в дверь — тем более. Я не ждала гостей. В принципе. В середине рабочего дня, в разгар недели? Кому придет в голову завалиться без предупреждения? Настойчивый трезвон сменился стуком. Я выдохнула, отложила ручку и пошла открывать, надеясь, что это сосед, который перепутал квартиры. Открыла — и замерла...

У нас с Вадимом была не жизнь, а отлаженный механизм. Пятнадцать лет брака, двое детей, ипотека почти выплачена. Я знала каждый его шаг, каждую привычку. Вадим — начальник отдела в крупной строительной компании, человек серьезный, ответственный. Я всегда гордилась тем, что у нас нет этих глупых сцен ревности, тайных звонков и задержек на работе «допоздна». До сегодняшнего дня. Вторник. Обычный, ничем не примечательный день. Я приготовила его любимые голубцы и решила сделать сюрприз — привезти обед прямо в офис...

Дача — это святое. Но только до тех пор, пока ты не оказываешься там в пятницу вечером один на один с тёщей. Галина Петровна — женщина старой закалки, властная, решительная, и если она сказала «надо остаться», значит, спорить бесполезно. Ленка, моя жена, уехала в город еще утром, а я остался «дежурить» у крана, который, по словам тещи, «вот-вот прорвет и затопит весь участок». На деле кран просто подкапывал, но я понимал: Галине Петровне стало скучно. Ей нужно было внимание, отчет о проделанной работе и кто-то, кто выслушает её жалобы на соседку, которая снова переставила забор...

Андрей всегда приезжал на дачу в пятницу после обеда. Так было удобнее: пробки ещё не успевали встать намертво, а солнце уже не жарило так, чтобы сразу захотеть лечь под вентилятор и не двигаться до вечера...

Елена Викторовна всегда считала себя женщиной, у которой всё под контролем. В сорок два года она выглядела на тридцать пять, держала себя в отличной форме, работала начальником отдела в крупной логистической компании и воспитывала единственную дочь Катю уже почти двадцать лет в одиночку...

Дарья вышла из офиса на сорок минут раньше обычного — редкий подарок судьбы в виде внезапно отменившегося последнего созвона. Февральский ветер сразу вцепился в щёки, но она даже не подняла воротник пальто...

Туманное утро обволакивало город серой пеленой, словно предчувствуя развязку. Анжела, спеша по перрону с деловым портфелем в руке и чемоданом на колёсиках, чувствовала знакомое предвкушение — три дня командировки в Санкт-Петербург, три дня тишины, работы над проектом и прогулок вдоль Невы...

Лиза вышла из офиса на десять минут раньше обычного — просто потому, что сил уже не оставалось даже на то, чтобы притворяться, будто ей интересно, что там обсуждают в последнем созвоне. Январский ветер сразу ударил в лицо мокрым снегом...

Ирина вошла в «Турандот» ровно в 19:25 — за пять минут до начала официальной части. Она всегда приходила чуть раньше: считала, что это создаёт правильное впечатление. Чёрное платье-футляр, тонкая золотая цепочка на шее, волосы собраны...