Роман Кауфман

Квартира банкрота дешевле рынка существует, но не на первом аукционе: в первом квартале 2025 года лоты уходили там в среднем на 127% выше стартовой цены. Из ста аукционов состоялись шесть. Скидка ждёт на третьем заходе, и цена у неё своя. Как выходит, что распродажа имущества банкрота начинается с подорожания? Я открыл карточку обычного лота и первым делом поискал кнопку «купить в полцены». Кнопки нет: вместо ключей в карточке номер лота. Имущество продают тремя заходами подряд, и вниз цена едет только в последнем...

Банка с мелочью на 8 долларов уходила с торгов в среднем за 10,01, и так же промахивались нефтяники на аукционах и покупатели квартир. Те же люди оценивали её в 5,13: недооценили и всё равно переплатили. Защиты две, обе простые. Почему побеждает не самый расчётливый, а тот, кто ошибся сильнее всех? И почему инстинкт «соперников много, ставлю выше» уводит в минус? Слово «проклятие» появилось тут не в университете. В июне 1971 года трое инженеров компании «Атлантик Ричфилд», Кейпен, Клэпп и Кэмпбелл, напечатали в журнале нефтяников разбор торгов за участки в Мексиканском заливе...

У поддельной инвестплатформы есть всё: сайт, «лицензия», сотни отзывов, поддержка в чате и слово «искусственный интеллект» в описании алгоритма. Отличить её от настоящей можно за пять минут и три бесплатных реестра, ещё до первого перевода. Не выходит это у большинства по одной причине: доверие проверяют там же, где его продают, на самом сайте платформы. За 2025 год Банк России выявил 7087 субъектов с признаками нелегальной работы на финансовом рынке. Из них 2183 изображали работу с ценными бумагами, не имея на это права...

Чтобы голос родственника в трубке стал узнаваемой копией, исследовательским моделям хватает записи в пару секунд. Я разбирался, чем проверять такой звонок, когда ухо больше не судья. Ответ есть, и он бесплатный. Как за первые секунды понять, что на том конце правда свой человек? И почему спокойное «своего я по голосу узнаю» перестало что-либо значить? Голос всю жизнь работал у нас паспортом. Мама узнаёт сына по первому слогу, и документов у знакомого тембра никто никогда не спрашивал. Такую веру однажды проверили счётом...

В январе 2024 года сотрудник финансового отдела гонконгского офиса британской компании Arup после совещания с дипфейками отправил мошенникам пятнадцать переводов, около 25,6 миллиона долларов. Перед этим он видел на видеосовещании знакомых коллег. Живым человеком там был он один. И вот что не укладывается в голове. Письмо, с которого всё началось, он сразу счёл фишингом и делать ничего не стал. Что тогда сломало это здоровое подозрение? Ловить подделку по глазам и голосу я не учился. Меня занимало другое: что защищает, когда отличить нельзя...