Хобби

— Вы собираетесь забрать мою морозильную камеру? — Я собираюсь внести её в опись, Вера Сергеевна. Это пока не одно и то же. — Для меня одно и то же. Молодой человек в тёмной куртке стоял у кухонного стола и водил ручкой по бланку. Ручка поскрипывала. Вера смотрела на его пальцы, ровные и спокойные, и не понимала, откуда у постороннего человека на её кухне столько спокойствия. Свои руки она не чувствовала: они безвольно висели вдоль тела. В одной болталась сумка с пустым судочком после суточного дежурства...

— Лизе не передавай, это для Максима, — сказала Зинаида Павловна и прижала конверт к столешнице двумя пальцами. Лиза даже не успела протянуть руку. Она вообще сидела на другом конце стола и отрезала младшему брату кусок пирога. Но от бабушкиных слов нож в её руке замер. Ксения перевела взгляд на свекровь. — Мы сегодня Лизин выпускной отмечаем. — Помню, помню. Лизу мы уже поздравили. А это отдельно, раз все в сборе. Зинаида Павловна подвинула конверт к Игорю. Внутри лежали письмо для внука и листок с суммой: сами деньги родители пока оставили у себя на счёте...

— Спускайтесь. Немедленно, пока я не набрала Андрея. Вера произнесла это еле слышно, почти одними губами, и подивилась, что голос остался твёрдым. Она замерла на пороге прихожей: сумка по-прежнему висела на плече, а в кулаке так сильно были стиснуты ключи, что зубчики оставили на ладони красные вмятины. Галина Петровна и бровью не повела. Она стояла на третьей перекладине алюминиевой стремянки, которую раскрыла прямо под антресолью, и придерживала на весу картонную коробку из-под зимних ботинок. Очки сползли на кончик носа...

— Рая, я шесть мешков заберу. Только не делай такое лицо, у тебя их в погребе под завязку. Валерий сообщил это с порога, не расстегнув даже куртку. Тамара встала позади него и тут же уткнулась в свою сумочку, принялась в ней что-то искать, хотя искать там было нечего, и Раиса это прекрасно знала. Она поставила чайник на плиту. Поставила осторожно, без стука. Пальцы вдруг перестали слушаться. — Какие ещё шесть мешков, Валера? — Ну семенная твоя, «Невский». Я же по телефону предупреждал. — По телефону ты сказал, что заглянете на чай...

Лозовое стояло на краю земли, как казалось тем, кто в нём родился. С трёх сторон его обступал тёмный еловый лес, с четвёртой тянулись поля, уходившие до самого горизонта. Рано утром над избами вытягивались тонкие дымки, петухи надрывались наперебой, и по этому гомону вся деревня узнавала, что ночь кончилась. Через село бежала неширокая речка — мелкая, шумная, с ледяной водой, такой чистой, что на дне можно было пересчитать камешки. В ней жили пескари и раки. Летом дети пропадали на берегу до темноты,...