Институт Психологии при НАМО им. Н.А. Бородина

Леон Фестингер еще в 1954 году описал теорию социального сравнения: люди оценивают себя через других, потому что абсолютных критериев для самооценки не существует. Мы всегда были устроены так, а соцсети просто довели этот механизм до крайности. Раньше человек сравнивал себя с десятком людей из своего окружения. Теперь с тысячами, причём специально подобранными алгоритмами соцсетей. Почему мы сравниваем Алгоритмы устроены так, чтобы удерживать внимание, они отлично знают, что эмоционально заряженный контент держит лучше нейтрального...

Дети не участвуют в родительских конфликтах, но они в них живут. Взрослые часто успокаивают себя одним аргументом: «мы ругаемся не при нём». Уходят на кухню, закрывают дверь, говорят вполголоса. Ребёнок в соседней комнате играет в кубики и, кажется, ничего не замечает. Замечает, просто не подают виду. Дети считывают эмоциональную обстановку в семье задолго до того, как начинают понимать слова. Напряжение между родителями за ужином, интонации за закрытой дверью, молчание, которое бывает громче крика — всё это формирует у ребёнка базовое ощущение безопасности или его отсутствия...

За этим ощущением стоит несколько механизмов и ни один из них не имеет отношения к мистике, хотя субъективно переживается именно так. Первый и самый изученный механизм — имплицитная память. Мозг хранит огромный массив информации, к которому у нас нет сознательного доступа: интонации, жесты, мимика, запахи, паттерны поведения людей, которых мы встречали на протяжении всей жизни. Когда новый человек совпадает с этим архивом по нескольким параметрам одновременно — голос похож на голос любимого учителя,...