Если лесная тропа вдруг стала короче — не иди по ней обратно. Впервые это правило я услышал от деда, когда мне было двенадцать лет, но тогда оно показалось обычной деревенской страшилкой, каких я слышал десятки. Дед вообще не любил объяснять происхождение старых примет. Он говорил, что некоторые вещи лучше знать, чем понимать, а некоторые дороги лучше запоминать ногами, а не глазами. Особенно он не любил разговоров о лесных тропах. Когда мы ходили за грибами, он всегда обращал внимание на примятые...
ЛЕШИЙ
Записки старого лесника — Три дня в тайге.
Есть в тайге места, которые человек может пройти десятки раз и всё равно не заметить в них ничего необычного, а потом однажды свернуть всего на несколько сотен метров в сторону и понять, что оказался там, куда лучше было не заходить. За сорок лет работы лесником я научился не спорить с такими местами. Раньше мне казалось, что лес подчиняется простым законам: зверь оставляет след, дерево падает от старости или ветра, река меняет русло после большой воды, человек теряется, когда перестаёт правильно считать расстояние...
Зачем перед первой ночёвкой в тайге трижды обходили место будущего костра? Старые таёжники говорили: прежде чем поставить котелок на огонь и лечь спать, место для ночёвки нужно трижды обойти по кругу. Со стороны это могло выглядеть странно, особенно для человека, впервые оказавшегося в тайге. Казалось бы, если площадка сухая, рядом есть вода, а вокруг нет следов зверя — чего ещё искать? Но опытный человек никогда не торопился разводить костёр. Первый круг он проходил молча, присматриваясь к земле: где примята трава, нет ли старых следов, странных углублений, свежих сломанных веток. Второй раз смотрел уже на деревья вокруг — на сухие сучья, поваленные стволы и всё, что могло упасть ночью. А третий круг считался самым важным. После него человек должен был решить, хочется ли ему вообще оставаться здесь до утра. Старики объясняли это просто: тайга заранее показывает, подходит ли тебе место. Но однажды мне рассказал эту историю старый лесник, который много лет ходил по тайге. Он сказал, что однажды нарушил собственное правило и остановился на месте, которое показалось ему совершенно безопасным. Костёр горел ровно, ночь была тихой, зверьё не беспокоило. Только перед рассветом он заметил возле самых углей три глубоких следа, которых вечером там не было. Следы шли вокруг костра ровным кругом. Точно так же, как он обычно обходил место перед ночёвкой. Только следы были не человеческими. После этого случая он больше никогда не ставил палатку, пока не обходил будущий костёр трижды. И никогда никому не объяснял, чего именно он искал на третьем круге. Таёжные правила редко бывают придуманы просто так.
Если ночью на реке увидишь женщину в белом — не смотри ей в лицо.
В старых деревнях, стоявших возле больших рек, существовали поверья, которые не записывали в книгах и не объясняли детям. Их просто передавали от старших к младшим, иногда вместе с другими правилами, которые казались совершенно нелепыми, пока однажды не происходило что-нибудь такое, после чего человек уже не смеялся. Одним из таких правил было странное предупреждение, касавшееся ночной реки: если после заката на берегу появится женщина в белом, на неё нельзя смотреть в лицо. Можно было заметить её...
Почему в старом доме никто не спал в комнате с окном в сад.
Дом стоял на самой окраине деревни, за последними огородами, где земля начинала подниматься к лесу, а старый яблоневый сад постепенно переходил в заросли дикого кустарника. Когда-то он принадлежал большой семье, о которой теперь почти никто не помнил. Крыша местами просела, краска на ставнях облупилась до серого дерева, водосточная труба проржавела, а крыльцо давно потемнело от дождей. И всё же дом не производил впечатления заброшенного. В нём было что-то слишком целое, слишком упрямо сохранившееся, словно годы обходили его стороной...
Дом на старой просеке - таёжная мистика.
К концу октября тайга уже окончательно сменила краски. Между высокими елями и старыми лиственницами лежал первый снег, ещё неглубокий, рыхлый, с тёмными проплешинами там, где снег ещё не лёг. Дорога, ведущая к северному кордону, почти исчезла под снегом и мокрой хвоей, а редкие следы лесной техники становились всё менее заметными с каждым километром. Здесь уже чувствовалась приближающаяся зима: по утрам лужи схватывало тонким льдом, в низинах до вечера держался туман, а после захода солнца холод быстро забирал последние остатки дневного тепла...
