«Авва Отче!»
(из рассказа «Отец и сын») Когда Борис постепенно и всё же как-то внезапно для себя уверовал и стал взахлеб читать духовную литературу, он со временем стал осознавать, что занебесный, и вроде бы абстрактный Бог – это не безликий Абсолют философов-идеалистов, ни Брахман или Атман индуистов, а Отец. Невидимый, во многом неведомый, но Отец, по сути «папа». Христианин обращается к Богу необычайно интимно, по-семейному, как малое дитя к отцу[1] по примеру Самого Христа[2]. Конечно, Борис и раньше слышал,...