Непотопляемый Перчик

Бывает, идешь по осеннему лесу, по тропам, усыпанным золотом и багрянцем, и кажется, будто знаешь тут каждый взгорок, каждый ручей. А лес-то осенью — не просто красивые деревья. Он — живой порог между мирами. Яркий, шумный, пахнущий грибной прелью и печалью. И когда человек забывает об этой тонкой грани, лес может измениться и напомнить. Не зло, а… настойчиво. Особенно на исходе своей буйной поры. Вот случай со мной приключился, давно уже, в октябре восемьдесят второго. Мне тогда шестнадцать стукнуло, возраст, когда и страх – понятие абстрактное, и удаль через край плещет...

Рассказ по мотивам историй, которые произошли с AE Вот и я решил поделиться двумя необычными, необъяснимыми историями. Про то, как сначала в лесу, а потом уже на болоте повстречался не пойми с кем. Я не единственный кто с этим неизвестным пересекался. У нас раньше, по рассказам деда и бабушки, всё подобное называли одним словом «окаянный». Раньше мои близкие часто бывали в лесу. Весной занимались охотой, летом — рыбалкой, сбором грибов и ягод, косили траву, заготавливали дрова, а зимой работали углежогами...

Рассказ по мотивам трех историй, которыми поделился читатель с ником KLW Война — она не только кровью и порохом пахнет. Она еще как мощный растворитель: бередит душу, разъедает привычный мир, обнажает подкладку бытия, ту самую, где сквозь трещины в обыденности начинает сочиться нечто древнее, необъяснимое. Особенно там, в стреляющем Афгане, на земле, помнящей Александра Македонского, Чингисхана и других непрощенных гостей. Там время наслаивается пластами, а смерть становится повседневной, почти осязаемой субстанцией...

Рассказ написан по мотивам истории, которой поделился Rob2009 Это случилось в самом конце октября 2010-го, в ту пору, когда осень уже сжигает последние краски и переходит в сырое уныние. Именно тогда мне приснился страшный сон. Не туманное размытое видение, а нечто иное — плотное, осязаемое. И, как потом выяснилось, настоящее. Не столько ночной кошмар, сколько жуткая реальность. Во сне оказался посреди осеннего леса. Деревья стояли голые, как скелеты, влажная земля усыпана опавшими листьями. В черном небе висела Луна — полная, холодная, неестественно яркая...

Рассказ по мотивам истории, которой поделился Ukeela Я по жизни непоседа. Моя душа требует не просто движения, а проникновения — в глубину, в забвение, в те места мира, которые цивилизация, отступая, за собой запечатала. Это не туризм, не любопытство — это голод. Голод по грани, по тому леденящему касанию к настоящему, которое не спрятано под роскошью и лоском. При любом удобном случае, при наличии свободного времени отправляюсь в путешествие. В длинное, короткое — не важно. Главное — посетить новое необычное место...

Рассказ по мотивам пугающей истории, которой поделился Akela Есть в горах Заилийского Алатау такие потаённые места, куда цивилизация не заглядывала никогда. Но красота там необыкновенная. Виды открываются такие, что дух захватывает. Ради незабываемых моментов стоит там побывать хотя бы раз в жизни. Вот в одно такое место, в царство ветра, вековечных гор и природной тишины, и направились мы с моим другом Романом, охотинспектором. Человек он многое видавший, с лицом, вырезанным морозами и солнцем, недоверчивый и крепкий, как корень арчи...

Рассказ по мотивам истории, которой поделился Druid Есть у меня привычка — сбегать от города в зимнюю глушь. Не ради охоты или рыбалки, а чтобы голова отдышалась от недельного марева офисных стен, бесконечных цифр и гула человечьих голосов. Ритуал прост: рано субботним утром — электричка, потом целый день один на один с заснеженным пространством, и к ночи — возвращение в городскую квартиру, уже другим человеком. За годы таких походов накопилась целая коллекция странностей, которые не вписываются в учебники физики...

Лес — это не просто скопление деревьев. Это отдельное состояние мира, его древняя, дышащая ипостась. Он живёт по своим часам, где рассвет может тянуться вечность, а век умещается в один вздох северного ветра. В лес нельзя прийти как в гости — в него можно только войти, и уже не выйти прежним. Он либо принимает тебя, впуская в свои тайные ритмы, либо навсегда оставляет за порогом, за которым лишь декорация из деревьев. Тех, кого принял, он медленно переделывает под себя. Ты учишься ходить не спеша, видеть не глядя, дышать в такт шелесту листвы...

Друзья, подписчики, единомышленники! Несколько лет назад я поделился с вами одной своей историей — историей о том, как в 1986 году мне довелось ненадолго оказаться… в будущем. Я не ожидал, что мой рассказ станет началом большого разговора. Со всех концов страны, и не только России, от людей разных профессий и судеб ко мне стали приходить сообщения с личными историями. В них была дрожь в голосе и часто повторяющаяся фраза: «Со мной тоже такое случилось, но было страшно об этом говорить». Эти голоса нельзя было оставить без внимания...

Рассказ по мотивам истории, которой поделился читатель с ником Hartman Питер середины девяностых был не городом, а состоянием души. Состоянием нервным, лихорадочным, раздвоенным. Над Невой по-прежнему висела имперская мощь гранита и позолоты, а в подворотнях Центрального района уже царил закон барахолок, ларьков «Союзпечати» и глаз-прицелов, оценивающих прохожих на предмет «потянет — не потянет». Я, молодой еще опер, за двадцать пять, работавший в одном из таких районных ОВД, по долгу службы знал этот слой города лучше, чем собственную квартиру...

Рассказ по мотивам истории, которой поделился Hartman Иногда настоящий ужас не кричит и не бьёт в лицо, и не рвёт когтистой лапой. Он тихо, незримо протискивается мимо тебя в ночи. Ты ощущаешь его шершавый бок, слышишь, как воздух выжимается из пространства между вами, чувствуешь, как древний спинномозговой страх парализует волю и выжигает душу дотла. После такого не верят в Бога или черта. После такого верят только в то, что мир — треснувшая скорлупа, а под ней шевелится нечто, для чего у нас нет названия...

Рассказ написан по мотивам истории, которой поделился читатель с ником Fpk1 Решил рассказать свой случай. Такой жуткий, что даже сейчас, спустя годы, когда начинаю мысленно возвращаться к тем августовским дням, меня пробивает мелкая, неконтролируемая дрожь. Это не просто воспоминание. Это шрам на восприятии действительности. Дело было в 2011 году, на излёте лета. Август в сибирской тайге — время контрастов: днём воздух густой и сладкий от нагретой хвои, а ночью уже тянет из глубин леса колючим, предосенним холодом...