Покулинарим

Запах. Густой, сладкий, с кислинкой. Он пробирается в каждую щель, обволакивает дом уютом и вытаскивает из самых дальних углов памяти то самое, давно забытое... Я стоял на кухне и смотрел на батарею банок. Повидло. Яблочное, сливовое, абрикосовое. Урожай в этом году удался на славу, и жена, всплеснув руками, закатала столько, что хватило бы на роту солдат. И вот теперь эти банки смотрели на меня с немым укором. Мол, ну? Долго мы будем просто пылиться на полке? Решение созрело мгновенно. Я засучил рукава, достал самую большую миску и сказал себе: «Хватит хранить — будем печь!»...

Я долго не понимал говядину. Думал — ну мясо и мясо. Бросил на сковородку, перевернул, посолил… И жевал подошву. Обидно? Ещё как. Обидно до скрежета зубов. Ведь покупал-то дорогой кусок, мраморный, красивый, чуть ли не любовался им при свете лампы. А потом — раз, и всё насмарку. Сухо. Жёстко. Без души. Тогда я решил: хватит. Либо я разбираюсь в этом звере досконально, либо перехожу на куриную грудку навсегда. Проштудировал горы книг, пересмотрел записи старых мясников, нашёл одного деда на рынке — он рубил туши ещё тогда, когда я под стол пешком ходил...

Знаете это чувство, когда хочется провалиться сквозь землю? Стыд. Жгучий, липкий, парализующий стыд за своё чадо. И дикое, неконтролируемое раздражение. Я стоял посреди торгового центра, сжимая в руке пустой бумажник, а мой отпрыск, с глазами, полными искреннего, вселенского непонимания, смотрел на меня и хлопал ресницами. В его руках была гора. Нет, ГОРА. Дешёвых пластмассовых игрушек, слизи в баночках, светящихся палочек и прочей ерунды, которая развалится по дороге домой. Он спустил всё. Абсолютно всё, что мы копили ему на хороший, желанный самокат...

С чего всё началось? А с того, что я стоял посреди кухни, сжимал в руке телефон с выпиской по карте и чувствовал, как внутри закипает бессилие. Цифры кричали. Цифры орали. Они мне доказывали, что отдых — это непозволительная роскошь. Что кредит — единственный выход. Что такие, как мы, должны сидеть дома и смотреть на море по телевизору. Я положил телефон экраном вниз. Посмотрел в окно. Там была осень. Или весна? Да какая разница. Там была тоска и бетонная коробка соседнего дома. И дети, которые ходят...