Вероника Перо

Антон положил мою шкатулку на кухонный стол так осторожно, будто боялся разбудить её содержимое. — Отдай свои золотые украшения моей невесте, тебе они уже не по возрасту, — попросил сын перед свадьбой. За окном рабочие красили качели во дворе. Я почему-то смотрела на их длинную кисть, а не на сына. Шкатулку он снял с верхней полки шкафа, куда раньше никогда не заглядывал. — Попроси ещё раз, — сказала я. — Только без последней части. Он смутился, но не извинился. — Лизе нужно золото к платью. Ты всё равно кольцо не носишь, а серьги выходят из моды...

Я оставила телефон на столе включённым на запись и вышла в магазин, оставив мужа наедине с моей сестрой. До магазина было четыре минуты пешком. Я прошла два подъезда, остановилась под козырьком и захотела вернуться. Нина приехала к нам утром с дорожной сумкой и обещала остаться до воскресенья. Денис сначала сказал, что будет работать допоздна, а потом неожиданно взял отгул. Когда я вошла в кухню за кошельком, они оба замолчали. Я представила то, чего боялась, и сделала неприятную вещь: включила диктофон под салфеткой...

Пакет с лекарствами порвался о металлическую ручку входной двери. Я удержала коробки локтем, позвонила свекрови и услышала из квартиры: «Открыто». Она всегда так говорила, хотя сын просил её пользоваться глазком. Я принесла свекрови дорогие лекарства и увидела их в мусорном ведре вместе с моими подарками. Три упаковки лежали сверху, целые, в бумажном пакете из аптеки. Такие же я принесла ей в прошлую пятницу; одну коробку узнала по загнутому уголку. Рядом торчал голубой край шарфа, который я подарила ей тогда же...

— Мам, ты только не перебивай. Мы с Аней посчитали: если ты отдашь нам свою трёшку, тебе хватит комнаты в коммуналке и ещё деньги останутся. На ремонт. Сын положил передо мной листок с колонками цифр. На столе стоял торт с шестью свечками в форме десятков и единиц: шесть и ноль. Гости ещё держали бокалы после его тоста. — Кто «мы»? — спросила я. — Я и Лена, — ответил Андрей. — Аня тоже согласна. Правда, Ань? Дочь стояла у окна и крутила в руках бумажную салфетку. — Я согласна, что тебе трудно одной убирать три комнаты...

— Ты на каком поезде едешь? — спросила я, когда Илья взял трубку. — На том, с которого я тебе фото прислал. А что? — На твою машину только что пришёл штраф. Камера сняла её сегодня в семь вечера на объездной дороге. Ты уехал в девять утра. В телефоне было два снимка: знакомая белая машина и её номер. Сервис, в который мы когда-то добавили обе наши машины, присылал мне такие уведомления. Я разглядывала отражение света на лобовом стекле, хотя лица водителя камера не показывала. — Наверное, старое уведомление, — сказал муж...