Павел ПРО зависимость

Сейчас скажу грубо. Но правдиво. Вы можете выучить все книги по психологии. Можете закодироваться, уехать в рехаб, сменить город, развестись, уволиться с работы. Можете выпросить у всех прощение. Но если внутри — пустота… Если душа не развивается, а вы топчетесь на месте… То исход один. Тупик. Крах. И снова та же яма. Срыв. Запой. Чёрная дыра засасывает снова. Я не про религию сейчас. Я про состояние, когда человек перестаёт быть просто набором рефлексов и начинает чувствовать, кто он есть на самом деле...

«Я брошу пить ради семьи». «С завтрашнего дня никакого переедания». «Я сильный, я смогу просто взять и не колоться». Знакомо? Мы привыкли думать, что зависимость лечится силой воли, уговорами или наказанием. Но статистика рецидивов жестока: 85% зависимых срываются в первый же год. Почему? Потому что мы лечим руку, а болит голова. Вернее — душа. Сегодня докажу вам простую вещь: компульсивное поведение (то самое непреодолимое «хочу дозу») — это не слабость характера. Это эмоциональная неграмотность...

Мы прошли долгий путь. От первого знакомства с аддиктивным агентом до финальных стадий, когда человек теряет контроль над собственной жизнью. Мы разобрали разные виды зависимостей, увидели, как они устроены изнутри, и поняли, что за каждой из них стоит одно и то же — попытка убежать от боли. В финальной статье — главный вопрос: есть ли выход? Да, аддикция — это тяжелое, прогрессирующее заболевание. Да, она затрагивает самые глубокие уровни личности. Да, она разрушает семьи, здоровье, жизнь. Но у нее есть структура...

Представьте, что вы пытаетесь вылечить сломанную руку, накладывая повязку на палец. Примерно так выглядят большинство попыток «лечить» зависимость: сосредоточиться на отказе от вещества или активности, игнорируя глубинную структуру личности. Короленко предлагает совершенно иной подход. Он называет его холистическим — целостным. «Попытки расширить проблему с исключительной ориентацией на юридические и медицинские подходы не могут быть достаточно эффективными как на короткую, так и на более длительную дистанцию»...

Когда в семье появляется человек с зависимостью, близкие впадают в панику. Они хотят помочь, спасти, вернуть «как было». И начинают действовать. Но, большинство этих действий — не помощь, а способствующие факторы. Они не лечат аддикцию, а, наоборот, позволяют ей продолжаться. Три основные стратегии, которые используют созависимые члены семьи: 1. Стратегия контроля Это попытки физически препятствовать аддиктивной реализации: прятать алкоголь, следить за аддиктом, ограничивать доступ к деньгам, контролировать его социальные контакты...

Корреспондент: Алексей, твоя история типична для многих, кто проходил по 228-й? Суд, тюрьма, попытки кодирования? Алексей: Не совсем. Тюрьма — это про наказание, но не про лечение. Я вышел оттуда с четким ощущением: «меня никто не любит, система сломала, можно употребить». Первая мысль после освобождения была не «устроиться на работу», а «снять стресс» тем же, чем снимал всегда. Корреспондент: Говорят, после тюрьмы многие идут в реабилитационные центры. Ты прошел через четыре. Но в итоге тебе помог не рехаб, а частный психолог...

Когда мы говорим о зависимостях, мы обычно представляем «главного героя» — алкоголика, наркомана, игрока. Но рядом с ним всегда есть кто-то еще. Тот, кто терпит, спасает, контролирует, надеется. Ц.П. Короленко и множество ученых, изучающие зависимое поведение, сходятся во мнении: созависимость — это более тяжелая форма аддикции, чем зависимость от вещества или активности. Обычно созависимость определяют как аддикцию отношений. «Созависимые лица используют отношения с другим человеком так же, как химические или нехимические аддикты используют аддиктивный агент»...

Еда — базовая потребность. Без нее мы не выживем. Но именно эта «законность» делает пищевые аддикции особенно коварными. Как отличить нормальное питание от зависимости? И почему люди, страдающие от ожирения или анорексии, не могут просто «взять себя в руки»? Существует две формы аддикции к еде — переедание и голодание. И за обеими стоит один и тот же механизм ухода от реальности. Как формируется эта зависимость? «В момент раздражения, неудовлетворённости, неудачи и скуки возникает стремление «заесть» неприятность, используя для этого процесс еды»...

Мы привыкли думать, что интернет-зависимость — это про подростков, которые «залипают» в играх. Но Короленко еще в начале 2000-х годов, когда интернет только входил в нашу жизнь, предвидел гораздо более глубокую проблему. Что такое интернет-аддикция? Непреодолимое желание пользоваться интернетом, оказывающее пагубное воздействие на все сферы жизни. Но главное отличие интернет-аддикции от других форм — в качестве самого агента. «Виртуальный мир динамичен, в нем можно реализовывать свои скрытые желания,...

Если спросить любого человека, что хуже — алкоголизм или трудоголизм, ответ будет очевиден. Алкоголизм разрушает семью, карьеру, здоровье. Трудоголизм? Ну, человек много работает, это же похвально. Работоголизм — такая же аддикция, как и все остальные. Но она особенно коварна, потому что общество ее одобряет. Важно различать, что много работающие люди не обязательно являются работоголиками. «Работоголик использует работу как средство бегства от реальности, способ ухода в виртуальный мир, заменяющий любовь к семье, привязанность к друзьям, другие интересы, духовные запросы»...

Секс — одна из естественных потребностей человека. Но когда секс перестает быть частью жизни и становится ее центром, когда он используется не для близости, а для изменения состояния — мы имеем дело с аддикцией. Что такое сексуальная аддикция? «Особенностью сексуальных аддикций является фиксация на сексуальных переживаниях и активностях, сверхценное отношение к сексу. Сексуальный аддикт находится в системе патологических отношений с сексом. Секс изменяет настроение, вытесняет другие интересы, препятствует развитию здоровых интимных отношений, занимает центральное место в жизни»...

«Она так любит, что готова на все». «Он без нее жить не может». В романах, фильмах, песнях такая всепоглощающая страсть преподносится как идеал. Но психологи смотрят на это иначе. Любовная аддикция — это не любовь. Это зависимость, где объектом аддикции становится другой человек. Короленко описывает типичную историю любовного аддикта: «Лица, подверженные возникновению любовных аддикций, пережили в детстве серьезную эмоциональную депривацию, связанную с отсутствием достаточных положительных чувств со стороны родителей...