Ночная собеседница

Об этой женщине во дворе ходили легенды, наверное потому, что о ней мало что было известно. Жила она в небольшом дворе обычной пятиэтажки из трех подъездов. Звали ее Татьяна Андреевна, возраст чуть за семьдесят. Молодежь здоровалась, пробегая мимо и торопясь по своим делам. Кумушки на лавочках рассуждали о том, как ей живется одной, и спорили, кто же был ее муж до того, как она сюда переехала. Кто-то со знанием дела утверждал, что генерал, кто-то убеждал всех, что капитан дальнего плаванья. Так или...

– Пап, скажи честно, а ты уроки в школе прогуливал? – спросила Алёна у седеющего уже мужчины, который сидел на чистенькой кухне, пил чай с молоком вприкуску с маминым лимонным кексом. Отец не очень любил о себе рассказывать и зачастую уходил от подобных разговоров или переводил их на другие темы. А в этот раз разговорился: – Ну, как тебе сказать, дочь? Бывало иногда. Я не любил историю, особенно современного мира. Не верил нашей историчке. Мне отец всё совсем не так рассказывал. И прадед про войну тоже...

Каждое время года по-своему прекрасно. В каждом найдётся та особая очаровательная прелесть, ради которой стоит выходить на свет божий, взирая на красоты природы. А природу Наденька любила, хотя больше всего она обожала осень. Когда густой туман всю ночь пушистым покрывалом обнимает сад, потом тает, превращаясь в лёгкую дымку, а восходящее солнце золотит его последние лоскутки. Когда за окном желто-оранжевые краски, мягкая полутьма и расплывающиеся уличные огни, а в доме яркие подушки, пушистые клубки шерсти, хрустящие страницы книг и горячий чай с лимоном или кофе с корицей...

Полина сидела за маленьким столиком у окна небольшого и недорогого кафе «У берёзки». Мимо прошел официант с подносом. Запах вкусной еды одурманил, и желудок предательски заурчал. Захотелось есть, от волнения, наверное. Кафе, как и положено, было оформлено в народном стиле. Из старенького, но довольно громкого динамика звучала музыка и теплый баритон печально выводил: Не жалею, не зову, не плачу, Все пройдет, как с белых яблонь дым. Увяданья золотом охваченный, Я не буду больше молодым… Полина слушала песню, слова казались ей знакомыми, а вот кто автор, она вспомнить не могла...

Эта картина, которую застала Вика, привела ее в оцепенение. Она выронила из рук сумку, Ася обернулась и вскрикнула. Юрий снял ее руки со своих плеч, медленно поднялся и потянулся за пуловером, который валялся на полу. — Можете продолжать, - сказала Вика и выбежала из квартиры, захлопнув дверь. Она выбежала со двора, через арку, не видя ничего вокруг и не зная, куда бежит. Слезы градом катились из глаз. И остановилась только тогда, когда кто-то взял ее за руку. Максим! — Вика? Что с тобой? Что случилось? Он с участием заглядывал ей в лицо, вытирая слезы...

Вика и Максим были знакомы с раннего детства, жили в соседних дворах. Мальчик был старше на два года, но с удовольствием играл со своей подружкой, помогая ей лепить куличики из песка в песочнице, они бегали наперегонки, подрастали, но так и оставались друзьями. Потом Вика пошла в ту же школу, что и Максим, он носил ее портфель, оберегая девочку от задиристых мальчишек. Вика привыкла к нему как к кому-то очень родному и близкому, почти как к брату, думая, что он всегда будет рядом. У восьмилетней...

Саша сидела напротив Ани, которая битый час рассказывала ей историю про какого-то ее знакомого моряка. Он был такой классный, интересный мужчина. Год назад женился на ее двоюродной сестре, которой она очень завидовала. А вот недавно вдруг встретила его с другой. – Представляешь, он, похоже, изменяет Людке! А я не могу ей сказать, у нее же грудной ребенок, как она все это перенесет… – Так, во-первых, почему сразу изменяет? Ну шел он с кем-то по улице, может, со своей одноклассницей случайно встретился...

Большая и дружная семья Антона Антоновича Вершинина, офицера высокого чина и звания, жила в богатом особняке на набережной Невы. В доме имелась солидная прислуга, которой распоряжались жена хозяина дома Лидия Алексеевна и старшая дочь Татьяна Антоновна. Младшая дочь Ирина училась в женской гимназии, а сын Павел уже оканчивал кадетский корпус с полным пансионом и в доме появлялся редко. За уборку и порядок в доме отвечала дородная и властная Анна Кондратьевна, которая проживала в доме на особых условиях...

Первый рабочий день после Нового года окончен. Нина стояла у окна в своем теплом офисе и смотрела на кружащиеся снежинки. Красиво, но очень скучно и безрадостно. Перед самым Новым годом ее любимый, уехавший в командировку, позвонил и сказал, что он не вернется. – Ты прости, Нинок. Все так завертелось, работу предложили, должность хорошую. Мое руководство не против. Так что я остаюсь, - сказал он, а потом добавил неуверенно: - если хочешь приезжай. Вместе встретим. Нина чуть не выронила телефон из рук...

Елена встречала его почти каждый день, когда ехала утром на работу. Они обменивались взглядами, но дальше этого дело не шло. Или он к этому не стремился, или она была не готова. Хотя… Если честно, Елена уже устала от одиночества. Она не могла к нему привыкнуть, несмотря на то, что умные книги, продвинутые передачи и нравоучительные статьи предлагали не зацикливаться на нем, а заняться саморазвитием, карьерой, хобби и тому подобное. Она старалась, много читала, ходила на занятия йогой и плаванием...

К Рождеству в доме помещика Черницына готовились тщательно и заранее. Прислуга прибиралась в залах, повара готовили праздничные яства, пекли и жарили. За подготовкой к праздничному столу следила сама хозяйка София Ильинична. Дочь Настенька, пятнадцати лет от роду, бегала по дому и украшала каждый уголок блестящий мишурой. Сам Георгий Никанорович стоял у большого окна гостиной с выходом в сад и смотрел на заснеженные кусты, голые ветви деревьев и на своего садовника Власа Мельникова, который расчищал дорожку, ведущую от ворот к дому...

Новый год подкрадывался незаметно, а Ксения всё так и оставалась одна. После болезненного разрыва с Артёмом лучшая подруга Лиза буквально силком затащила её к своей дальней родственнице, женщине, о которой вполголоса говорили «она видит насквозь». Гадалка, женщина с черными вьющимися волосами и пронзительными глазами долго водила руками над большим дымчатым шаром, не отрывая цепкого взгляда от Ксении. Наконец она заговорила низким, чуть хрипловатым голосом: – Встретишь ты свою судьбу. И очень скоро...