Гонзописец

Вчера Гонзо уже видел этот флаг. Сегодня каким-то образом снова оказался возле него. Это начинало становиться подозрительным. Можно было списать всё на маршрут. На привычку сворачивать не туда. На то, что Калуга вообще город холмистый и рано или поздно каждый приличный человек оказывается либо наверху, либо внизу и матерится по поводу обратной дороги. Но Гонзо давно знал: если город дважды показывает тебе одно и то же место, значит, он чего-то хочет. Вчера флаг оказался в конце улицы. Сегодня Гонзо подошёл с другой стороны. И картина изменилась. Огромный триколор висел над зелёной долиной, а далеко за ней, на другом берегу, стояли дома. Маленькие отсюда. Почти игрушечные. Люди шли мимо. Девочка в красной футболке. Мужчина катил велосипед и смотрел в телефон. Машины въезжали и выезжали. Грузовик что-то привёз. Кто-то торопился. Кто-то просто шёл. А флаг был настолько большим, что казалось, будто его поставили здесь не для площади. А для всего города. Чтобы его было видно с другого берега. Гонзо остановился. Есть вещи, которые лучше всего понимаешь именно издалека. Город. Дом. Людей. Иногда даже собственную жизнь. Пока находишься внутри, видишь грузовик, припаркованные машины, сорняк у бордюра, разбитую дорожку. Отойдёшь подальше… и вдруг понимаешь, что всё это вместе и было твоим пейзажем. Гонзо сделал несколько кадров. Потом убрал камеру и ещё немного постоял. Флаг тяжело шевельнулся над долиной. Август почти закончился. И почему-то именно в этот момент Гонзо подумал, что осень уже где-то здесь. Просто пока идёт с другого берега.

Дневник Гонзо. Перекур между детством и дальше Гонзо увидел их на ступеньках. Трое пацанов. Самокаты брошены рядом, колени в защите, рюкзаки валяются как попало. Вид у всех такой, будто только что закончилась какая-то страшно важная городская операция и теперь положено десять минут молча посидеть. Гонзо остановился. Он помнил этот возраст. Когда весь город твой. Лестницы придуманы не для того, чтобы по ним ходить. Перила вообще неизвестно зачем взрослые поставили, если не скользить. Бордюр просит запрыгнуть на него. А надпись «не кататься» воспринимается не как запрет, а как техническое задание. Денег почти нет. Планов до вечера. Жизни — до хрена. Один из пацанов заметил Гонзо с камерой и посмотрел настороженно. Второй чуть улыбнулся. Третий остался серьёзным. Может, лет через тридцать кто-нибудь из них случайно увидит эту фотографию. Посмотрит на старый самокат. На сбитые кеды. На свои худые колени. И вдруг вспомнит не этот день даже. А ощущение. Когда август был огромным. Когда до сентября оставалось ещё несколько дней. И казалось, что впереди вообще всё. Гонзо нажал кнопку. Пацаны ещё немного посидели и уехали. А август остался на ступеньках.

Гонзо любил такие фотографии. На них вроде бы ничего не происходит. Но если задержаться секунд на десять, внезапно выясняется, что происходит вообще всё. Один парень подпирает решётку и ждёт неизвестно чего. Второй присел на корточки и говорит по телефону так сосредоточенно, будто сейчас решается судьба небольшого государства. Третий стоит спиной к миру. Девушка улыбается кому-то за кадром. Ещё один уже катится дальше на самокате, потому что у молодых вообще странные отношения с неподвижностью. А посередине, почти спрятавшись за чужими ногами, сидит ещё кто-то. Шесть человек. Шесть отдельных жизней случайно сошлись на нескольких квадратных метрах калужского тротуара. Через минуту они разойдутся. Один свернёт налево. Другой ответит на звонок. Девушка уберёт телефон. Самокатчик исчезнет за углом. И это место снова станет совершенно обычным. Гонзо нажал на кнопку. Иногда фотография нужна не для того, чтобы сохранить событие. А чтобы доказать: событием была сама эта минута.

Дневник Гонзо. Провода Иногда Гонзо казалось, что Калуга запуталась. Не в истории. Не в людях. Даже не в дорогах. В проводах. Они висели над городом, пересекались, цеплялись друг за друга, уходили куда-то за дома и возвращались обратно. Будто кто-то много лет пытался связать Калугу с чем-то очень важным, но забыл подписать, какой провод куда ведёт. Гонзо остановился. Внизу всё было как обычно. Машины ползли каждая по своим делам. Люди шли по тротуарам. Светофоры моргали. Кто-то опаздывал. Кто-то уже опоздал и теперь мог позволить себе не спешить. А впереди стояла арка. И вот это было интересно. Потому что в последнее время любые арки в Калуге вызывали у Гонзо нехорошее любопытство. Особенно если к ним вели провода. Он поднял голову. Проводов было столько, будто городская реальность держалась исключительно на них и паре ржавых хомутов. Гонзо усмехнулся. Возможно, никакого портала там не было. Обычная улица. Обычная арка. Обычный август. Но путешественники во времени знают одну неприятную вещь: самые важные двери почти всегда выглядят совершенно обычными. Гонзо убрал фотоаппарат и пошёл к арке. Провода над головой тихо гудели. Или ему показалось.