Просто о жизни

Шесть лет я вела хозяйство в доме свекрови и считала, что меня там ценят. На её юбилее при двадцати гостях мне объяснили, как обстоит дело, и я решила ответить по-своему. Мой ответ заметили не сразу. В доме Нинель Павловны я живу шестой год. Дом старый, одноэтажный, на улице Ольховой, с верандой и печкой, которую топят только по праздникам. Нас тут четверо: сама Нинель Павловна, её сын Егор, я и наша дочь Мия, ей восемь. Мы приехали сюда, когда Мие было два года, потому что на съёмную квартиру уходило больше половины зарплаты, а свекровь сказала: «Живите, места хватит»...

Мама попросила у меня денег, чтобы тайком закрыть долги брата, с которым я шесть лет не разговаривала. Я поехала к нему ругаться, а оказалось, брат никому ничего не должен. Тогда мы вдвоём пошли выяснять, на что маме на самом деле нужны деньги. Мама позвонила в девятом часу и попросила триста тысяч. Для Мити, у него опять долги, только брату ни слова, он гордый. — Наташенька, я бы не просила. Но ты же знаешь, какой он. Триста тысяч набралось...Весь в отца. Влез куда-то, теперь люди звонят, мне звонят, представляешь? Мне, старухе...

Тридцать один год назад я написала мужу письмо, что ухожу, а утром не нашла его в сумке. Я осталась, потому что муж в тот же день вдруг изменился, и всю жизнь думала, что мне повезло. А потом я распорола подкладку его старого пальто и нашла там своё письмо, зашитое мужской рукой. Пальто это Коля носит с девяносто шестого года. Драповое, тёмно-серое, тяжёлое, как сундук. Надевал только в лютые морозы, когда обычная куртка уже не спасала. Но за тридцать лет даже такое пальто поистрепалось: подкладка на спине расползлась лоскутами...

В новогоднюю ночь муж бросил курить, дочь бросила банк, сын бросил работу, а подруга бросила мужа. А последствия все дружно бросили на меня: внука, пуделей, пробные супы и кота. На свой день рождения я осталась одна и ответила на объявление «Отдам пианино даром». В тот год меня бросили все. Муж, дочь, сын и лучшая подруга, и все в одну ночь, тридцать первого декабря, за моим же столом. Началось с Пети. В половине двенадцатого, когда мы проводили старый год и я пошла на кухню за горячим, он постучал вилкой по бокалу...