Кошачьи новости Амуры
Последние крохи в мисках, а их более 180 душ.... СОС! Помогите спасти приют из Смоленска!
г. Смоленск. Каждое утро в приюте начинается с тяжёлого выбора — и нет ничего больнее этого. Перед глазами — 180 пар доверчивых глаз, и в каждом — тихая надежда: «Может, сегодня всё будет хорошо». А я стою и понимаю: ресурсов хватит не на всех. От моего «куда сначала» зависит, кто получит порцию корма, а кто подождёт. Кто получит лекарство и шанс на жизнь, а кому придётся терпеть боль ещё немного. Осень пришла не с золотыми листьями, а с бедой. У малышей — настоящая катастрофа: блохи буквально не дают им спать...
Одна поездка в клинику — и завтра миски будут пустыми для всех остальных... Этот выбор невыносим...
г. Смоленск. 180 причин не спать по ночам. Рассвет для меня — не начало дня, а тревожный вопрос: «Дожили?» И тишина порой пугает больше крика. На днях эта тишина едва не стала реальностью для Брата. Он всегда встречал меня бодрым толчком головы, а теперь сжался в углу — нос белый, бока ввалились, рёбра можно пересчитать. В его жёлтых глазах нет упрёка, только тихое «спасибо, что была рядом». И этот взгляд ломает меня сильнее любой усталости. Я заболела, ноги подкашиваются, хочется просто закрыть глаза...
Он бегал голый в холод...его оставили совсем одного на улице...
г. Смоленск. Многие меня знают давно. Очень давно. И те, кто идёт с нами с самого начала, наверняка помнят Ванечку. Он появился в моей жизни больше десяти лет назад — голый, дрожащий, бегал по прохладным апрельским улицам, будто сам не верил, что земля под лапами настоящая. Так он попал к волонтёрам, а потом — ко мне. Ваня был одним из первых. С самого начала у него был целый букет болячек, но мы решили: он останется. Пусть будет наш лысый талисман. Он часто сопровождал нас в клиники — будто понимал, что его спокойное присутствие помогает другим хвостикам не сойти с ума от страха...
«У нее нет шансов выжить», — говорили они и отворачивались...
г. Смоленск. Иногда судьба не стучит — она кричит. И ты просто не можешь сказать «нет», когда видишь эти глаза: полные боли, но всё ещё верящие, что кто-то придёт. Пару недель назад, вечером, раздался звонок: малышку пытались лечить, но только усугубили состояние, и от неё отказались. А я не смогла. Я рванула в клинику и теперь не отхожу от неё ни на шаг. Был критический момент: температура упала до 35 градусов, силы почти закончились. Срочно сделали переливание крови — донором стал Потап, котик из нашего приюта...
Кошка без кожи — новые подробности выживания...
г. Смоленск. Осень пришла тихо, будто не хотела будить тех, кто и так едва держится. В приюте сегодня особенно тихо, хотя здесь всегда шумно: 180 сердец, 180 историй, которые кричат без слов. И среди них сейчас громче всех звучат две — малышки весом в полтора килограмма с травмированной кожей и бабушки Фа‑фа. Малышку принесли в коробке и оставили. А она, даже в этом аду, нашла силы лизнуть мне руку — будто благодарила просто за то, что я подошла. Врачи и волонтёры говорили: «Шанс нулевой». Но её упрямый взгляд перечёркивает любую статистику...
Все бежали мимо них, ведь они не могут сказать «Купите мне, пожалуйста, поесть»....
г. Смоленск. В приюте, спят 180 пушистых комочков. Они тёплые, живые. Их животики мерно поднимаются и опускаются, а сердца бьются — быстро, доверчиво, отчаянно. Если приложить ухо к двери, слышно этот тихий ритм. И он держит меня на ногах. Они ничего не знают про сумасшествие большого мира. Им нет дела до цен на бензин и курсов валют. Им нужно совсем немного: чтобы кто-то пришёл, насыпал корма, погладил, сделал укол, просто посмотрел в глаза и сказал: «Ты не один». Сейчас я считаю минуты. Потому что знаю: утром они проснутся...
