Модель из Норильска Элиза Райкулова требовала у замгендиректора «Фей Фань» Хэ Бо квартиру и Porsche. Суд назначил ей девять лет колонии и отсрочил реальное отбывание до 14-летия ребенка Элизы. Вероятнее всего, в колонию девушка не отправится.
Элиза Райкулова, модель из Норильска, в конце 2022 года познакомилась в Tinder с Хэ Бо — заместителем генерального директора по развитию и продвижению проекта московской сети китайских ресторанов «Фей Фань». Его жена была совладельцем этой сети. Сам Хэ Бо признал в суде, что представлялся Райкуловой владельцем бизнеса, хотя формально им не являлся.
Их отношения завершились летом 2024 года. После расставания Райкулова стала требовать от Хэ Бо деньги и имущество. По версии обвинения, требования сопровождались угрозами рассказать об их связи его семье и повредить ресторанному бизнесу. Райкулова утверждала, что добивалась компенсации за вмешательство Хэ Бо в ее личную жизнь. Дальше последовали заявление в полицию, оперативный эксперимент, обвинительный приговор и апелляция. Мы собрали всю хронологию этого дела: от первого сообщения в Tinder до девяти лет лишения свободы. Весь рассказ мы приводим, опираясь на обвинительное заключение Никулинского районного суда Москвы.
Знакомство в Tinder
Райкулова и Хэ Бо познакомились в конце 2022 года в Tinder. Дальнейшие обстоятельства отношений они описывали по-разному.
По показаниям Райкуловой, сначала они несколько месяцев переписывались. Она не соглашалась на встречу и не сообщала номер телефона, но Хэ Бо выяснил, где она работает, и в 2023 году приехал туда с букетом роз. После этого они стали встречаться.
Райкулова утверждала, что сначала Хэ Бо представлялся разведенным и говорил, что поддерживает отношения с женой только из-за детей. Позднее он признался, что брак не расторгнут, но, по словам Райкуловой, обещал развестись.
Хэ Бо в суде заявил, что около года они общались как знакомые, а интимные отношения начались осенью 2023 года и продолжались примерно до июля 2024-го. По его версии, он сообщал Райкуловой, что женат и имеет детей. Он просил не рассказывать об их связи, поскольку хотел сохранить семью.
Во время отношений Хэ Бо переводил Райкуловой деньги и передавал их наличными. Точные суммы части переводов в обезличенной копии приговора скрыты. Хэ Бо утверждал, что сначала речь шла о сравнительно небольших суммах, затем просьбы стали более частыми, а Райкулова начала намекать, что может рассказать об их отношениях его жене. Райкулова вымогательство отрицала.
Отношения со студентом и беременность
В первой половине 2024 года Райкулова познакомилась на работе с гражданином Китая, который учился на втором курсе МГУ. В судебных показаниях она называла его Сашей. По ее словам, в мае они начали встречаться, после чего она решила прекратить отношения с Хэ Бо.
Райкулова и студент вместе ездили в Китай. Там она познакомилась с его родителями. После возвращения в Москву, утверждала Райкулова, Хэ Бо продолжил искать с ней встреч, приезжал к месту ее работы и убеждал прекратить новые отношения.
По версии Райкуловой, Хэ Бо также добился ее увольнения и встретился со студентом. В середине октября молодой человек сообщил ей, что больше не хочет продолжать отношения, после чего прекратил учебу и уехал в Китай. Примерно через неделю Райкулова узнала, что беременна от него.
Райкулова считала Хэ Бо ответственным за увольнение и расставание с Сашей. Впоследствии она объясняла требования денег и имущества от Хэ Бо намерением получить компенсацию за причиненный ей вред.
Хэ Бо отрицал преследование и вмешательство в ее отношения. Суд первой инстанции назвал соответствующие показания Райкуловой голословными и опровергнутыми совокупностью доказательств. Московский городской суд позднее указал, что защита не представила объективных подтверждений вмешательства потерпевшего в отношения Райкуловой с отцом ее ребенка. Поэтому эти события нельзя считать установленными судом: они изложены в приговоре лишь как версия подсудимой.
Встреча с женой Хэ Бо
Ключевая для дальнейшего дела встреча состоялась 6 ноября 2024 года. Хэ Бо, Райкулова и жена Хэ Бо встретились в ресторане «Фей Фань». На встрече Хэ Бо сообщил жене, что состоял с Райкуловой в интимных отношениях.
О содержании последующего разговора стороны также давали разные показания.
Райкулова утверждала, что рассказала об отношениях с китайским студентом, беременности и предполагаемом вмешательстве Хэ Бо в ее отношения со студентом. По ее версии, присутствовавшие при разговоре родственники Хэ Бо предложили ему оказать ей помощь, а сам он согласился выплатить компенсацию. Райкулова написала документ, согласно которому Хэ Бо должен был передать ей деньги и больше не вмешиваться в ее жизнь, а она, в свою очередь, не должна была вмешиваться в его семью. После того как Хэ Бо забрал документ и перестал отвечать, она стала требовать исполнения договоренности.
Хэ Бо же заявил, что Райкулова требовала крупную сумму и угрожала распространить сведения об их связи, нанести ущерб его деловой репутации и работе ресторанов. По его словам, предложение оформить договоренность письменно было способом получить подтверждение ее требований.
Суд принял версию обвинения. Согласно приговору, требования денег под угрозой раскрытия отношений начались не позднее июля 2024 года. После того как 6 ноября жена узнала об измене, содержание угроз изменилось: Райкулова стала упоминать деловую репутацию Хэ Бо, публикации в китайских социальных сетях, обращения в контролирующие органы и возможное закрытие ресторанов.
Хэ Бо объяснял, что значительную часть клиентов «Фей Фань» составляли граждане Китая и что сведения о внебрачной связи руководителя могли повредить его репутации и бизнесу. Суд признал угрозы способными причинить существенный вред его правам и законным интересам.
Деньги, квартира и Porsche
В материалах дела указаны несколько вариантов требований: 10 млн рублей, квартира или апартаменты стоимостью 12 745 665 рублей и Porsche Cayenne стоимостью 10 316 000 рублей.
Содержание требований менялось. В исследованной судом переписке Райкулова писала: «Мне наличными деньги не нужны, мне нужна квартира в Москве». В другом сообщении она предложила альтернативу: «Или оформи на меня порш 999». Государственный номер с цифрами 999 она также просила оставить вместе с автомобилем.
Среди сообщений, приведенных в судебных актах, были фразы: «Я теперь все подготовила, чтобы твоя жизнь превратилась в ад» и «У меня тут дополнительные требования появились». Суд рассматривал переписку вместе с аудиозаписью разговора, показаниями потерпевшего и свидетелей, банковскими документами и материалами последующего оперативного мероприятия.
Райкулова не отрицала обсуждение денег, жилья и автомобиля. Она утверждала, что Хэ Бо сам предложил вместо денег приобрести ей квартиру, а затем передать автомобиль, который можно было продать для покупки жилья. Угрозу опубликовать сведения об их связи она также не отрицала, но объясняла ее требованием исполнить обещание о компенсации.
Отдельно упоминается, что Porsche Cayenne принадлежал не Хэ Бо, а третьему лицу. Однако Хэ Бо пользовался машиной и имел нотариальную доверенность, позволявшую распоряжаться ею.
11 ноября 2024 года Хэ Бо обратился в полицию с заявлением о вымогательстве.
Оперативный эксперимент в VIP-зале № 888
14 ноября Хэ Бо и сотрудница ресторана прибыли в полицию для участия в оперативном эксперименте. После инструктажа они направились в ресторан «Фей Фань», где встретились с Райкуловой в отдельном VIP-зале № 888. Разговор и оформление документов фиксировались техническими средствами.
Участники обсуждали передачу Porsche Cayenne. Райкулова предлагала оформить дарение, но в итоге стороны заполнили договор купли-продажи. Кроме того, Райкулова составила от имени Хэ Бо расписку о том, что он якобы получил от нее деньги за автомобиль. Фактически деньги ему не передавались.
После подписания договора в помещение вошли сотрудники полиции. Райкулову задержали и доставили в отдел для дальнейшего разбирательства.
Она не получила от Хэ Бо ни 10 млн рублей, ни недвижимость, ни Porsche. Для квалификации по статье о вымогательстве фактическая передача имущества не требовалась. Суд указал, что преступление считается оконченным с момента, когда имущественное требование, соединенное с угрозой, доведено до потерпевшего. Апелляционная инстанция согласилась с этим выводом.
С 15 ноября 2024 по 6 апреля 2025 года Райкулова находилась под домашним арестом. Позднее ей избрали подписку о невыезде и надлежащем поведении.
Передача дела и приговор
1 декабря 2025 года Никулинский районный суд признал Райкулову виновной по пункту «б» части 3 статьи 163 УК РФ. Суд квалифицировал ее действия как требование передачи чужого имущества и совершения других действий имущественного характера под угрозой распространения сведений, которые могли причинить существенный вред правам потерпевшего, в целях получения имущества в особо крупном размере.
Санкция этой нормы предусматривает от 7 до 15 лет лишения свободы. Суд назначил Райкуловой девять лет в исправительной колонии общего режима.
Отягчающих обстоятельств суд не установил. Смягчающими признали отсутствие судимостей, положительные характеристики, благотворительную деятельность, хронические заболевания, молодой возраст, наличие ребенка и других иждивенцев, материальную помощь матери, а также состояние здоровья и возраст членов семьи.
Суд также признал активным способствованием раскрытию и расследованию преступления то, что Райкулова сообщила следствию пароль от телефона с перепиской. С учетом смягчающих обстоятельств ей не назначили дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы.
Что оспаривала защита Райкуловой
Защита просила отменить или изменить приговор. В апелляционной жалобе адвокат утверждал, что содержание переписки и показаний оценено неверно, материалы оперативно-розыскного мероприятия недопустимы, а требования Райкуловой были связаны с компенсацией причиненного вреда.
Защита предлагала квалифицировать действия не как вымогательство, а как самоуправство по части 1 статьи 330 УК РФ. Кроме того, адвокат указывал, что автомобиль принадлежал третьему лицу, имущество фактически не было передано, а Хэ Бо к моменту основных требований уже сообщил жене об отношениях.
Московский городской суд отверг эти доводы. Коллегия признала доказательства допустимыми, согласилась с выводами о наличии угроз семье, репутации и ресторанному бизнесу и указала, что отсутствие фактической передачи имущества не делает преступление неоконченным.
Апелляция была оставлена без удовлетворения, а приговор — без изменения.
Почему Райкулова не отправилась в колонию
К моменту вынесения приговора Райкулова родила ребенка и находилась в декретном отпуске. На основании статьи 82 УК РФ суд отсрочил реальное отбывание назначенных девяти лет до достижения ребенком 14-летнего возраста.
Отсрочка не отменяет обвинительный приговор. Райкулова остается осужденной и находится под контролем специализированного государственного органа. Она обязана уведомлять его о перемене места жительства и дважды в месяц являться на регистрацию.
В приговоре также изложены основания для отмены отсрочки. Если Райкулова откажется от ребенка либо после официального предупреждения продолжит уклоняться от обязанностей по его воспитанию, суд по представлению контролирующего органа может направить ее отбывать наказание в колонию. В этом случае в срок зачтут период домашнего.
При достижении ребенком 14 лет Райкулову не отправят в колонию автоматически. В соответствии со статьей 82 УК РФ суд освобождает осужденную от отбывания наказания или оставшейся его части со снятием судимости либо заменяет оставшуюся часть более мягким видом наказания.
Закон предусматривает возможность принять решение и раньше. Если до 14-летия ребенка истечет период, равный сроку назначенного наказания, и контролирующий орган придет к выводу, что осужденная соблюдала условия отсрочки и исправилась, он может обратиться в суд с представлением о сокращении отсрочки и освобождении от наказания или его оставшейся части.
Так что Элиза Райкулова не обязательно начнет отбывать девять лет после достижения ребенком 14-летнего возраста. Дальнейшее исполнение наказания будет зависеть от соблюдения условий отсрочки и последующего решения суда.