Где-то в небе с характерным гулом, который сами военные сравнивают со звуком мопеда, летит дрон ВСУ. А здесь, на дороге, так тихо, что слышно, как под колесами "Урала" шуршит осенняя листва. Бойцы стоят у машины, загруженной боеприпасами, и ждут водителя.
Он появляется, побритый - даже в поле, где, казалось бы, не до бритья. Зовут Гена. Позывной Турист. 48 лет. Луганчанин. Должность у него - командир отделения тяги - если по-простому, это водитель подвоза. Не тот, кто стреляет, а тот, кто доставляет снаряды.
"Русские пиксели" и реактивные батареи
Гена служит в 10-м самоходном артиллерийском полку 44-го армейского корпуса группировки войск "Север". А одет он в тот самый пиксельный камуфляж, который носят все бойцы Российской армии. Официальное название - ЕМР, единая маскировочная расцветка. В войсках ее называют "цифра" или "пиксель", а на Западе иногда называют "Руспат" (Russian Pattern - так обозначают тип камуфляжа в международной терминологии).
Смысл "пикселя" на военной форме простой: это рисунок из мелких квадратиков. Вблизи на расстоянии 3-10 метров вроде бы просто зеленые пятна, а вот издалека от 20-30 метров и дальше они сливаются в крупные цветовые блоки - и силуэт бойца "разбивается", его труднее разглядеть.
Смотрю на Гену: лицо вытянутое, с легкой сединой на висках и бровях, карие глаза смотрят спокойно. Он говорит негромко, но так, что переспрашивать не хочется. Уверенный голос человека, которому нечего стыдиться.
Гена сам родом из Луганска, а служит на Сумском направлении в районе города Сумы. На контракте с марта 2024 года. Спрашиваю, что подтолкнуло.
- Разные факторы, - говорит Гена. - Все в совокупности. Взвесил, посмотрел на то, что творится вокруг, ну и принял решение пойти на СВО.
Читайте также:
Как реактивная батарея под Сумами успевает за войной, которая меняется каждый месяц
Он рассказывает, что в это артиллерийское подразделение он попал с самого начала. Менялась только батарея - перешел с одной в другую, а должность водителя так и осталась за ним.
А еще он рассказал про свой самый сложный рейс - поездку, которую пришлось выдержать. Рейс должен был стать обычной боевой задачей: нужно было доставить боеприпасы на точку, где работают артиллеристы, разгрузиться и уехать. Но на Сумском направлении обычная задача может растянуться на три дня - и превратиться в выезд, за который дают награду.
Водитель с полным кузовом снарядов обхитрил дроны
Он вез снаряды к месту работы "Градов", реактивных систем залпового огня. На тот момент его подразделение только-только перекинули на новое направление. Точка еще была не обжита, о ней мало что знали. Задачу поставили просто: доставить снаряды. Гена выехал на машине "Урал" - и наткнулся на налет FPV.
FPV - это дроны, которыми управляют "от первого лица": оператор ВСУ видит все так, словно летит сам. В том рейсе, по словам Гены, их были десятки - не один и не два десятка. Ехать дальше было невозможно.
Пришлось трое суток "отстаиваться" в лесу, ждать и искать другие подъезды.
Стоянка в лесу - не передышка. "Урал" нужно максимально маскировать, постоянно быть на связи и дежурить по очереди. Пока один боец отдыхает - второй смотрит за обстановкой возле грузовика. В кузове - боеприпасы, и оставлять машину без присмотра нельзя.
Потом, когда стало понятно, где можно проехать по другому маршруту и где меньше дронов, водитель и боец выдвинулись через леса и поля, разгрузились на позиции и выехали обратно - уже без происшествий. Подразделение смогло выполнить свою боевую задачу.
В таких историях обычно любят слово "подвиг". Гена его не произносит ни разу.
- Я все заранее планирую, просчитываю и как бы стараюсь не попадать в такие неприятности, - объясняет он. - У нас в подразделении есть ребята и постарше меня. А неопытных водителей я стараюсь не посылать - лучше сам за руль сяду.
Самое близкое расстояние, на которое ему приходилось доставлять боеприпасы - около шести-семи километров до позиций ВСУ на ЛБС. Для обычного человека в мирной жизни шесть километров: это как доехать от дома до соседнего района или прогуляться до центра города.
Читайте также:
Реактивщик системы "Град" с позывным Атлет: Снаряд может лечь в ту же воронку
А вот куда именно Гена привозит снаряды на передовую - отдельная история. Тут есть важная деталь. Точка разгрузки и огневые позиции на ЛБС - это разные места.
Артиллеристы приезжают в более-менее безопасное место на точку разгрузки, берут снаряды, и только по команде выдвигаются на огневую позицию, которая может быть еще ближе к линии боевого соприкосновения. Разброс между точкой разгрузки и огневыми позициями иногда достигает 10 км. Водитель может подвозить снаряды и на точку разгрузки, и на "огневую".
Примерно за полчаса-час до подъезда Гена связывается с командиром на месте: уточняет, где именно разгружаться, и ждет указаний. Помогают и ребята, которые с помощью РЭБ - радиоэлектронной борьбы - отслеживают дроны. Они подсказывают, когда появляется "окно", то есть момент, когда в небе относительно спокойно. В это время водитель заезжает на позицию, разгружается и уезжает под прикрытием мобильной огневой группы - это бойцы, которые прикрывают водителя на случай атаки.
Семья в Луганске: почему Гена не боится "ждунов"
Опасность на дороге не только от FPV-дронов, которые летят на водителя. На этом направлении противник использует и так называемых "ждунов" - дроны, которые не висят в воздухе, а сидят в засаде у обочины или в кустах. Такой летающий аппарат экономит заряд, остается малозаметным, а взлетает по сигналу датчика или команде оператора ВСУ.
Они с воем несутся в лобовое стекло водителя. FPV и "ждуны" - это две разные напасти. FPV-дрон сам летит прямо на цель, а "ждун" сидит где-то и ждет, пока ты подъедешь.
Поэтому Гена постоянно просчитывает варианты у себя в голове: что делать, если из-за поворота что-то вылетит навстречу. А представьте, каково водителю, у которого сзади в кузове 20, 30, а то и 40 боеприпасов с взрывчаткой. Для него каждая поездка - проверка на прочность. У Гены есть простой ответ на вопрос, зачем он каждый раз садится за руль.
Читайте также:
- Кроме меня, мою семью никто защищать не обещал. Это обязанность каждого мужчины - самому защищать свою семью. У меня дома мама, жена, ребенок. Больше мне ничего не надо, - говорит Гена.
За тот трехдневный рейс Гена получил награду. Всего у него их две - "За боевые отличия" и "За воинскую доблесть". Я уточняю: не тяжело вот так крутить баранку - уже который год? Он пожимает плечами. Тяжело, но привык. Луганск для него - не точка на карте. Здесь помнят героев Советского Союза, шахтерские дивизии. А теперь - и тех, кто ушел на СВО.
Все главные события дня и ничего лишнего в нашем MAX. Подписывайтесь!