Автор: Елена Фенина
Евгений Нагуськин героически погиб под Красным Лиманом в 2022 году. Он был единственным сыном Ирины – она воспитала его одна. Тяжелая утрата практически разрушила ее жизнь, но женщина смогла найти в себе силы и теперь на своем примере помогает другим семьям участников СВО.
«Психологи объяснили мне, как ставить барьер между моей трагедией и историей других людей»
Ирина Нагуськина пережила большое горе – ее сын погиб на СВО. Евгению было всего 25 лет, у него остались маленький сын и жена.
Мать настолько тяжело переживала утрату, что после похорон в предынфарктном состоянии ее госпитализировали в реанимацию. Но прошло время, она нашла силы жить дальше. Сегодня Ирина помогает другим – тем, кто столкнулся с такой же утратой. Далеко не все, кто с ней знаком, знают, через что ей пришлось пройти, – улыбчивая и приветливая Ирина очень редко рассказывает о своей беде.
Сейчас Ирина работает социальным координатором в татарстанском филиале фонда «Защитники Отечества». Именно здесь она нашла свое новое предназначение.
«Я жила в Тетюшах, там я 31 год проработала учителем русского языка и литературы. В октябре прошлого года переехала в Казань. Во-первых, здесь у меня живут невестка с внуком – это самая главная причина. Во-вторых, мне очень хотелось работать в фонде. Я планировала это целый год. Когда пришла сюда устраиваться, руководитель фонда Гузель Любисовна и старший координатор меня предупреждали, что здесь очень сложно. Они переживали, что из-за моих переживаний мне будет сложно», – рассказывает Ирина.
Ей удалось всех убедить, что она справится, – и слова свои она подтвердила на деле.
«Первое время я общалась с психологами – они объяснили мне, как ставить барьер между моей личной историей и историей других людей, чтобы слишком глубоко не проникаться. О себе, общаясь с подопечными, я говорю в исключительных случаях – только если человек думает, что его никто не может понять. Только тогда я делюсь тем, что тоже пережила потерю. Тогда отношение ко мне сразу меняется, и люди начинают ко мне прислушиваться», – объясняет социальный координатор.
Несмотря на то что постоянно приходится сталкиваться с теми, кто пережил потерю, работа Ирине по душе.
«У меня ощущение, как будто я работаю здесь уже давно. Вообще я восхищаюсь коллективом фонда. У меня своя мотивация, но здесь есть некоторые координаторы, которых с СВО вообще ничего не связывает. Все, кто работает здесь, – это люди, которые могут сопереживать, они очень эмпатийные, настоящие патриоты. Они работают тут, словно на передовой. Я ими восхищаюсь! Каждую задачу они отрабатывают до конца, изыскивают все возможные способы, чтобы помочь», – говорит она.
Работу в фонде Ирина называет служением – в чужие проблемы погружается с головой и от этого испытывает особое чувство удовлетворения. Сейчас под ее опекой около сотни ветеранов и семей участников СВО.
«Когда он уехал учиться в Москву, мне не хватало воздуха, чтобы надышаться»
Сына Ирина воспитывала одна – он был ее единственным ребенком. Евгений рос активным, очень любил футбол, всегда стоял за справедливость.
«После окончания школы он заявил, что решил стать военным. Для меня это было неожиданностью, но перечить я ему не стала – для меня было важно, чтобы ему было комфортно. В глубине души я надеялась, что он не поступит, не хотелось его отпускать. Но он поступил, хотя в начале 11 класса даже не умел подтягиваться. Он стал курсантом Московского высшего командного училища. Их еще называют московскими курсантами», – вспоминает женщина.
За время учебы трижды участвовал в парадах Победы в Москве и один раз в Воронеже.
«Когда он уехал, мне не хватало воздуха, чтобы надышаться. Я его часто навещала, ездила к нему каждые каникулы», – вспоминает Ирина.
15 декабря 2018 года в Александровском саду у Могилы Неизвестного Солдата состоялся выпускной. Евгения распределили служить в город Клинцы Брянской области в гвардейский мотострелковый полк.
В январе 2019 года он был назначен командиром отдельного гранатометного взвода. В декабре 2020 года получил звание старшего лейтенанта и в 2021-м был назначен командиром мотострелковой роты.
«В ноябре 2020 года, во время очередного отпуска, сын женился, а в мае следующего года у него родился сын Данил, которого он очень любил. К сожалению, Евгению удалось отпраздновать день рождения сына только один раз – в мае 2022 года они увиделись в последний раз.
«В последний раз он позвонил 11 сентября, рассказал, что им пришлось срочно выйти из Изюма»
«Когда началась специальная военная операция, сын находился в командировке во Владимирской области, они вели такелажные работы. В июне его направили служить на границу, вместе со срочниками он охранял рубежи. А через месяц он уже направился в зону СВО. Их батальон находился около Изюма. Звонил он очень редко, был очень аккуратным, потому что ВСУ могли засечь их дислокацию. В последний раз он позвонил 11 сентября 2022 года, рассказал, что им пришлось срочно выйти из Изюма, что там они попали в окружение. Я надеялась, что им дадут какое-то время отдохнуть, отправят подальше от линии», – вспоминает Ирина.
Больше с сыном она не разговаривала – 22 сентября он погиб. Об этом она узнала на следующий день.
«Он погиб под Красным Лиманом. До сих пор мне не удалось подробно воспроизвести, как это произошло», – добавила Ирина.
Молодой лейтенант, командуя мотострелковой ротой, организовал огневое подавление артиллерийских расчетов противника, после чего, заняв место механика-водителя, эвакуировал экипаж и вывел боевую технику из-под обстрела. Эти действия сорвали наступление противника, позволив уничтожить его живую силу и вооружение.
«В том бою Женя получил ранение и, пока его везли в госпиталь, скончался. Посмертно его наградили орденом Мужества. 1 октября, в День мотострелковых войск, мы его похоронили», – рассказала мать.
Утешением для Ирины стал внук – ему скоро пять, и она часто рассказывает ему про отца.
«Когда Данил приходит ко мне в гости, он всегда подходит к уголку, который я обустроила в память о сыне, его отце. Примеряет его фуражку, марширует и говорит, что будет, как папа. Эти три с половиной года без сына измеряются для меня не месяцами и не днями, а тем количеством раз, когда внук поднимает голову, слыша, как в небе пролетает самолет, и кричит: “Это мой папа летит”. Мы сказали ему, что папа на работе, – пока я не могу ему сказать, что папа погиб. Иногда Данил спрашивает: “Бабуль, ну почему он не залетает ко мне?” Приходится каждый раз юлить», – рассказывает Ирина.