В гастрольном райдере — никаких особых требований, ни капризов, ни роскоши, только тепло в гостиничном номере и чистый воздух без табачного дыма. На сцене — мягкость и узнаваемый стиль, улыбки и добрые слова. О том, чем запомнилась любимая советская и российская певица Валентина Толкунова, — в материале РИА Новости к 80-летию со дня ее рождения.
Каждый ее концерт был настоящим праздником — казалось, она обращается напрямую к любому человеку в зале. Певица спускалась к зрителям и словно плыла между рядами зрителей: улыбалась, покачивала головой, согревала теплотой взгляда — мягкие движения, русая коса, неизменная улыбка. Мы бережно храним воспоминания о ней, а голос ее продолжает звучать до сих пор.
В доме ее родителей всегда звучали песни Шульженко, Утесова, Руслановой, так что музыкой Валентина хотела заниматься с детства. Поступила в Центральный хор железнодорожников, которым руководил Семен Дунаевский, он же и стал ее первым педагогом. Ну а дальше — карьера в вокально-инструментальном оркестре под управлением Юрия Саульского и учеба в знаменитой Гнесинке, которую Толкунова окончит с отличием. Именно там, в оркестре, она научилась полноценному мастерству и поняла всю сложность музыкального ансамбля, даже если речь шла об эстраде.
Как вспоминала сама певица, ее голос соответствовал тембру флейты, поэтому нужно было четко понимать место вокала в общей аранжировке. Толкуновой это удавалось очень точно — она никогда не хотела устраивать своеобразный "театр одного актера". Оркестровая партия не должна была становиться просто аккомпанементом для пения, все произведение звучало максимально гармонично — в ансамбле.
Толкунова постепенно начинает находить "своих" авторов. Илья Катаев, к примеру, приносит ей песни на стихи Михаила Анчарова: это милые зарисовки о жизни простой девушки из глубинки — и такой образ идеально подходит артистке. Лишь иногда она просит, скажем, ускорить темп, чтобы композиция из лирической становилась чуть более эстрадной, — и "Стою на полустаночке" буквально уходит в народ. Павел Оданицкий пишет для нее "Серебряную свадьбу" — и Толкунова начинает выступать на больших площадках вместе со своими кумирами: Шульженко, Кристалинской, Зыкиной, Магомаевым. И все больше композиторов готовы подарить молодой певице новые произведения.
Когда Владимир Мигуля написал "Поговори со мною, мама", то планировал, что спеть должна Людмила Зыкина. Но показал Толкуновой, и певица записала свою версию. Это было абсолютно точное попадание и в лирику, и в смысл произведения. Прозвучав единожды по радио, песня сразу запомнилась слушателям.
Вместе со Львом Лещенко она спела знаменитую "До свиданья, наш ласковый Миша" на закрытии Олимпийских игр в Москве. Для передачи "Спокойной ночи, малыши" были записаны два варианта закрывающей колыбельной песни — за "мужскую" версию отвечал Олег Анофриев, а за "женскую" Толкунова — и много лет ее голос убаюкивал миллионы маленьких зрителей. Ну а песенка "Кабы не было зимы" из "Зимы в Простоквашино" известна зрителям всех возрастов.
В годы перестройки и в 90-е ей по-прежнему предлагали новый материал. Но Валентина Васильевна очень разборчиво относилась к тому, что приносят молодые и не только молодые композиторы. Менять свой имидж она не хотела и не планировала. Даже Игорь Крутой, который активно работал с Толкуновой, постоянно советовал ей "осовремениться" и "сменить макси на мини", был очень аккуратно остановлен певицей: у нее есть собственные вкус и стиль, идти на потребу массам Толкунова не хочет.
Она находит себя в романсах и народных песнях, для нее написана опера "Русские женщины" по мотивам знаменитой поэмы Николая Некрасова. У Валентины Васильевны появляется свой коллектив — Московский театр музыкальной драмы и песни. Ну а в начале нулевых в творчество Толкуновой добавляется и духовная тематика.
Валентина Васильевна борется с тяжелой болезнью, но никто из поклонников об этом не знает: Толкунова вообще избегает давать интервью и посвящать других в личную жизнь. У нее нет ни громких скандальных романов, ни попаданий на первые страницы желтой прессы.
Вера становится для нее опорой и подспорьем, именно поэтому Толкунова начинает включать в программы произведения духовной и христианской тематики. Их для нее пишут Евгений Крылатов и Александр Морозов.
Даже устроители концертов — а певица гастролировала буквально до последних дней жизни — знали, что никаких особенностей в ее райдере нет. Кроме одного: гостиничный номер должен быть теплым и без запаха табачного дыма.
Валентина Васильевна трогательно относилась к коллегам по эстраде, хвалила и Александра Градского, и Ирину Богушевскую, и Дмитрия Маликова. Правда, когда ее спрашивали, как предпочитает проводить досуг, тактично отвечала, что любит оперу, балет и классический театр.
Толкунова не стремилась быть заметной — она и так, вероятно, знала, что зрители ее безусловно любят. Что она для них — та самая добрая подруга и советчица, к которой ты всегда придешь в минуты грусти. Кто поддержит, а еще помянет в молитве.
Она и сегодня остается для нас таким родным человеком: ее песни постоянно звучат в эфире, продолжают переиздаваться записи. Валентина Толкунова хотела петь и дарить нам свою нежность — и отдала ее всю без остатка.
Еще больше новостей в канале РИА Новости в МАКС >>