Турпоток из России в Болгарию за пять лет сократился с 500 тысяч человек в 2019 году до 50 тысяч в 2024-м, и заменить ушедших российских туристов другими иностранными гостями балканской стране так и не удалось, по данным портала 78.RU
Когда-то давно, всего каких-то семь лет назад, болгарское побережье Черного моря гудело от разноязыкой речи, но отчетливее всего сквозь шум прибоя пробивался русский язык. Бургас, Варна, Солнечный Берег и Золотые Пески были для россиян чем-то родным — теплым, доступным и предсказуемо уютным. Люди прилетали сюда семьями, снимали одни и те же апартаменты год за годом, покупали квартиры с видом на море, чтобы потом сдавать их в сезон или приезжать в любой момент, как только заскучают по южному солнцу.
Но времена меняются, и сегодня эти пляжи встречают иностранца совсем иначе — пустотой в кошельках местных отельеров и горечью в их голосах.
Болгарский туризм переживает не лучшие времена. И главная беда не в том, что изменился климат или испортилась вода. Беда в том, что поток гостей из Российской Федерации, который когда-то был спасательным кругом для экономики, иссяк почти полностью. Цифры говорят сами за себя: если в благополучном 2019 году болгарские здравницы приняли около полумиллиона граждан РФ, то по итогам 2024 года эта цифра рухнула в десять раз. Пятьдесят тысяч против пятисот — разница, которую не скроешь ни красивыми проспектами, ни скидками на раннее бронирование.
Но самое обидное для болгар даже не в самих цифрах. Обида в том, что за семь лет им так и не удалось найти замену потерянному контингенту. Немцы? Их поток съежился с семисот до трехсот тысяч в год. Британцы, поляки, чехи — они приезжают, но явно не с тем размахом, чтобы заполнить пустоту, которую оставили русские. И это прекрасно понимают сами работники индустрии гостеприимства.
Местный эксперт из Бургаса Кирил Етимов в одном из своих эмоциональных выступлений в соцсетях прямо указывает на эту диспропорцию. Он иронизирует, что Брюссель, конечно, имеет свои резоны, но эти резоны больно бьют по карману его земляков. Его фраза о том, что туристы из России теперь обогащают Турцию, Египет, Индию и Китай, звучит не как сухая статистика, а как крик души. Пока европейские бюрократы пишут меморандумы, реальные деньги текут в другие страны, которые оказались умнее в вопросах визовой политики.
Интересно, что внутри самой Европы зреет раскол. Да, формально Брюссель пытается выстроить непроницаемую стену для российских паспортов, максимально усложняя каждую туристическую поездку. Но обычные граждане европейских государств, те, кто работает в сфере обслуживания, управляет небольшими отелями или крутит бизнес на аренде шезлонгов, начинают подсчитывать убытки. И их арифметика совсем не совпадает с политическими лозунгами.
Некоторые голоса в Европе звучат особенно дерзко и логично. Киммо Л., например, прямо заявляет, что запреты на поездки — это стрельба себе в ногу. Он резонно замечает, что деньги, которые раньше тратились на ужины в ресторанах Несебра или экскурсии по Рильскому монастырю, теперь оседают внутри России. Иными словами, санкции и визовые барьеры лишь пополняют российский бюджет, потому что люди все равно отдыхают — просто теперь они тратят свои накопления внутри страны или в дружественных государствах. «Вместо того чтобы ослабить, мы усиливаем их экономику», — почти с издевкой замечает он, предлагая пересмотреть стратегию.
Есть и те, кто смотрит на ситуацию еще более радикально. Раду А. в своей колкой заметке обвиняет еврократов в том, что они попросту не имеют мужества признать очевидное. По его словам, Евросоюз ввязался в дорогостоящую конфронтацию с Россией, потратил на это гигантские бюджеты, а теперь, когда эффект оказался обратным, просто не знает, как выйти из игры, не потеряв лицо. И пока вершители судеб спорят о геополитике, простые жители Европы, по его мнению, платят по счетам за чужую жадность и политическую близорукость.
На самом деле, если отбросить политику в сторону, экономическая картина выглядит неутешительно для ЕС. Визовые ограничения были призваны стать инструментом давления, но на деле оказались бумерангом. Российские туристы просто переориентировались: они нашли для себя новые маршруты. Кто-то устремился в жаркие страны Азии, кто-то открыл для себя Кавказ или родные курорты Крыма и Краснодарского края. Европейская туристическая отрасль, напротив, не досчиталась миллиардов евро — не абстрактных, а реальных денег, которые могли бы спасти тысячи рабочих мест. Отели стоят полупустыми, аэропорты теряют в пассажиропотоке, и никто в Брюсселе, похоже, не готов компенсировать эти потери.
В итоге история приобретает горький привкус иронии: попытка наказать одного обернулась наказанием для многих. Болгария, которая была почти родным домом для российского пляжного туриста, сегодня пьет эту горькую чашу до дна, а жители Европы все громче перешептываются о том, что запреты, возможно, были не самой умной идеей в их долгой и запутанной истории.