19 августа 1991 года в СССР была предпринята попытка государственного переворота, вошедшая в историю как августовский путч ГКЧП. В Москву вошли танки, президент Горбачёв оказался изолирован в Форосе, а страна до самых до окраин на три дня замерла в неопределённости. В Бурятии события развивались по-своему — без баррикад и массовых митингов, но с драматическими последствиями для региональной власти.
В Улан-Удэ в те дни из первых лиц республики никого не оказалось. Председатель Верховного Совета Бурятской АССР Сергей Булдаев и председатель Совета Министров Владимир Саганов находились в Москве для подписания Союзного договора — именно там они стали свидетелями начала путча. Первый секретарь обкома КПСС Леонид Потапов в это время был в командировке в одном из сельских районов и вернулся лишь тогда, когда всё закончилось. Таким образом, республика на несколько дней осталась фактически без руководства.
20 августа газета «Правда Бурятии» — официальный орган обкома КПСС — вышла с заголовками «Заявление советского руководства» ГКЧП и обращениями к народу. Однако другая республиканская газета, «Бурятия», от публикации документов путчистов отказалась. Впоследствии именно это издание, по воспоминаниям современников, стало «основным органом руководства республики» в критические дни.
21 августа, когда стало ясно, что путч провалился, председатель Совмина Владимир Саганов, фактически единственный из руководителей, сохранивший связь с властью, возглавил республиканский комитет по чрезвычайному положению. Его поддержка ГКЧП — он был уполномочен возглавить подобный комитет в Бурятии — вскоре сыграла с ним злую шутку.
23 августа в Улан-Удэ на площади Советов прошёл митинг, организованный демократическими силами. Члены движения «Демократическая Бурятия» вышли на площадь после провала путча. Собралось около 400 человек. По воспоминаниям очевидцев, прохожие разглядывали лежащие на асфальте вывески обкомов и райкомов партий, сорванные со зданий. Житель города Виктор Клочихин, проходивший мимо, сумел вынести из толпы два осколка красных с золотом вывесок, которые сегодня стали историческими реликвиями. Среди активных участников демократических сил были слесарь локомотивного депо Владимир Карепин, учёный Сергей Шапхаев, геолог Владимир Степанов, депутат Игорь Пронькинов и многие другие активисты тех лет. Их рупором тогда стала самая массовая газета «Молодёжь Бурятии».
26 августа на чрезвычайной сессии Верховного Совета Бурятской ССР за «непринципиальную позицию» был отозван с поста председателя Сергей Булдаев. Как вспоминал позже экс-депутат Цыденжап Батуев, Булдаев сказал тогда: «Москве нужен виноватый, хорошо, я им буду» — и ушёл в отставку, сняв груз ответственности со всей республики. Депутаты не решились снять с должности председателя Совмина Владимира Саганова, который в дни путча фактически стал руководителем республики. В результате на несколько месяцев в Бурятии сложился политический вакуум: Верховный Совет работал без председателя, а ситуация двоевластия заложила основу для дальнейшей острой политической борьбы.
21 октября 1991 года пост председателя Верховного Совета Бурятии занял Леонид Потапов, победив в борьбе за эту должность. Республика вступала в новую эпоху — без прежней партийной власти, но с прежними кадрами, которым предстояло строить жизнь в постсоветской России.