Германия со 104 голосами впервые не смогла получить место непостоянного члена Совета Безопасности ООН на 2027–2028 годы, ее обошли Португалия и Австрия, которые получили 134 и 131 голос соответственно. Представители немецкой оппозиции обвинили правительство ФРГ в слабой международной кампании и недостаточной активности на мировой арене. Но провал Германии на выборах в Совбез является симптомом более серьезной проблемы, подробнее о ней — в материале «Известий».
Кризис политической модели
• Германия сталкивается с заметным ослаблением своих позиций на международной арене: одним из признаков этого стало поражение страны в борьбе за место непостоянного члена Совета Безопасности ООН — событие, которое многие считают беспрецедентным для государства, долгое время входившего в число наиболее влиятельных стран Европы.
• После Второй мировой войны страна сознательно отказалась от роли классической великой державы. Германия развивала промышленность, торговлю и экономику, но не делала ставку на военную мощь и влияние через силу. После объединения страны власти рассчитывали, что статус крупнейшей экономики Европы, одного из главных доноров ЕС и ООН автоматически принесет ей больший политический вес. Отсюда появились требования предоставить Германии постоянное место в Совете Безопасности ООН.
• Грубо говоря, послевоенная политическая модель ФРГ базировалась на трех факторах: военная защита США, дешевая энергия из России и высокий товарооборот с Китаем. Всё это позволяло развивать экономику, строить государство всеобщего благосостояния и давало основу для высокого авторитета на мировой арене. Но в начале 2020-х годов все три основы дали трещину: отказ от дешевого российского газа, требование США повышать траты на оборону, изменение торгового баланса с Китаем замедлили рост экономики, а внутриполитические проблемы лишь усилили кризис. Это привело к тому, что в еврозоне наметилась борьба стран за лидерство.
Слишком разные позиции
• Многие государства Глобального Юга недовольны внешнеполитическим курсом Германии, в частности, ее жесткой позицией по Украине и неприятием идеи многополярного мира. Такие подходы отдаляют ФРГ от значительной части стран Азии, Африки и Латинской Америки, которые набирают политический вес, и мешают ей претендовать на роль посредника в мировых конфликтах.
• На фоне войны против Ирана решающим фактором могла стать именно политика Германии в отношении Израиля. Берлин неоднократно подвергался критике за жесткие меры против участников пропалестинских протестов внутри страны и отказ признавать палестинское государство в обозримом будущем. С октября 2023 года Германия воздерживалась при голосовании по резолюциям ООН, связанным с Газой и Палестиной, а канцлер ФРГ Фридрих Мерц продолжил тесные контакты с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху.
• Поражение отдаляет немецкие планы получить постоянное место в Совбезе ООН с правом вето. В МИД Германии объяснили провал поздним началом предвыборной кампании и заявили о негативной агитации Москвы против Берлина, не представив доказательств. Неудача усилила давление на немецкого канцлера Фридриха Мерца, правительство которого поддерживают лишь 15% граждан. При этом Германия остается вторым крупнейшим донором ООН после США: в 2024 году страна перечислила организации €4,4 млрд.
• Однако поражение в ООН объясняется не только проблемами Германии. Так, Португалия воспользовалась сильными связями в португалоязычном и испаноязычном мире, а ее позиции усиливают влиятельные португальцы — председатель Европейского совета Антониу Кошта и генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш.
• Австрия, в отличие от ФРГ, не поставляет оружие Украине. Именно нейтральный статус помог Вене получить голоса стран, ориентирующихся на Россию или придерживающихся политики неприсоединения. Кроме того, Австрия начала кампанию за место в Совбезе на несколько лет раньше Германии. Однако результат голосования отражает более широкую тенденцию — снижение авторитета Германии среди части международного сообщества. Более того, под вопрос теперь ставится даже ее авторитет в европейском регионе.
Влияние в Европе
• После 16 лет правления немецкого канцлера Ангелы Меркель, которые сопровождались, как это видно сегодня, серьезными ошибками в энергетической, экономической и миграционной политике, а затем трех лет работы коалиционного правительства канцлера Олафа Шольца, Германия подошла к одному из самых сложных периодов своей современной истории. Страна не только переживает кризис трансформации экономического веса в политический, но и все чаще воспринимается как экономически ослабевающая страна. При этом проблема выходит далеко за рамки самой Германии, поскольку будущее крупнейшей экономики Европы тесно связано с будущим всего Европейского союза. Если Германия не сможет восстановить свои позиции, под угрозой окажется и устойчивость ЕС.
• Фридрих Мерц пришел к власти с обещанием провести консервативные реформы и вернуть Германии лидерские позиции в Европе, однако спустя год его правительство сталкивается с крайне низкими рейтингами. Стране необходимы масштабные реформы в промышленности, энергетике, обороне, пенсионной системе и на рынке труда, но в немецком правительстве не могут договориться по большинству ключевых вопросов. Консерваторы выступают за повышение конкурентоспособности и сокращение регулирования, тогда как социал-демократы делают ставку на социальную поддержку и сохранение нынешней модели государства всеобщего благосостояния.
• Причины кризиса гораздо шире, чем отказ от дешевых российских энергоресурсов. После 2022 года рост цен на энергию действительно ударил по бизнесу, однако аналитики указывают на целый комплекс факторов: старение населения, нехватку работников, недостаточные инвестиции, избыточную бюрократию и усиление конкуренции со стороны Китая. Уже сейчас люди старше 65 лет составляют около 22% населения Германии, а к 2030 году их доля может достичь 25%. Одновременно Китай из крупнейшего покупателя немецкой продукции превратился в прямого конкурента. Китайские компании все активнее вытесняют немецких производителей на рынках автомобилей, промышленного оборудования, химической продукции и высоких технологий.
• Рост популярности правой партии «Альтернатива для Германии» (АдГ) связан с общественной усталостью от традиционных партий, миграционными проблемами и отсутствием у власти убедительного видения будущего. Немецкая политика всё больше сосредоточена на защите существующего, но всё более устаревающего порядка, а не на предложении новых проектов развития. В результате АдГ становится главным каналом протестного голосования. В некоторых восточных регионах Германии уже рассматриваются сценарии, при которых все основные партии будут объединяться для недопущения правых к власти, однако это лишь усиливает у части населения ощущение, что политическая система замкнулась сама на себе и больше не представляет интересы избирателей.
Усиление роли Глобального Юга
• Неудача Германии на выборах также показала, что влияние западных государств уже не является безусловным. Все большее значение приобретают страны Азии, Африки и Латинской Америки, которые стремятся самостоятельно определять международную повестку. Одним из символов этой тенденции стало избрание Киргизии, чья кампания опиралась на поддержку азиатских государств и более широкую солидарность стран Глобального Юга, выступающих за более справедливое представительство в мировых институтах. Помимо нее, новые места в Совете Безопасности получили Зимбабве и Тринидад и Тобаго.
• Глобальный Юг перестал быть экономической окраиной мира и превратился в один из ключевых центров развития. Сегодня на страны «Группы 77» при ООН, представляющей Глобальный Юг, приходится около 18% мирового ВВП. Благодаря среднему росту экономики на уровне 4,2% в год против 1,9% у развитых государств именно они обеспечивают значительную часть глобального экономического прироста.
Справка «Известий»
«Группа 77» (G77) — объединение развивающихся стран в ООН, которое появилось в 1964 году. Сначала в него вошли 77 государств Азии, Африки и Латинской Америки, сейчас их уже 134, но название осталось прежним. Эти страны вместе обсуждают и согласуют свою позицию по важным мировым вопросам: экономика, торговля, климат, развитие и работа международных организаций.
Главная цель группы — защищать интересы Глобального Юга и добиваться большего влияния в ООН и других глобальных структурах, чтобы решения не зависели только от стран Запада.
• В 2025 году объем мировой торговли увеличился на 7% и впервые превысил $35 трлн. Самый быстрый рост показала торговля между государствами Азии, Африки и Латинской Америки — плюс 8%. Одновременно увеличивается роль объединений развивающихся стран: доля экспорта государств БРИКС в мировой торговле поднялась с 15% в 2008 году до 20% в 2024 году, а показатель стран АСЕАН вырос с 6 до 9%. Дополнительным преимуществом остается демографический фактор: многочисленное молодое население формирует крупный потребительский рынок, тогда как развитые страны сталкиваются со старением населения.
• Одновременно с экономическим ростом меняется и политическое влияние государств Глобального Юга. Его усиление делает результаты выборов в международных организациях менее предсказуемыми для западных стран. Если раньше поддержка союзников по ЕС и НАТО практически гарантировала успех европейским кандидатам, то теперь всё большее значение имеют голоса стран Азии, Африки и Латинской Америки.
При написании материала «Известия» учитывали мнения:
- политолога Александра Рара;
- старшего научного сотрудника МГИМО Артема Соколова.