С точки зрения всей истории планеты Земля, человек живет здесь всего лишь мгновение. На вопрос, что за удивительные существа жили остальное время на планете, сегодня пытаются ответить палеонтологи. Находят они немало интересностей и на Южном Урале.
Об этом в числе прочего шла речь в свежем выпуске программы «Факты и Артефакты» (совместный проект Государственного исторического музея Южного Урала и медиахолдинга «Гранада Пресс»). Ведущий программы автор канала «Древности» Андрей Трушников в ее рамках поговорил с известным российским палеонтологом Дмитрием Григорьевым. Кандидат биологических наук, заведующий палеонтологическим музеем Санкт-Петербургского государственного университета специализируется на мозазаврах, а так как в определенный исторический этап над территорией, на которой мы сейчас живем, плескалось теплое Уральское море, «подопечных» ученого, судя по всему, здесь было немало.
Ископаемый Урал
— Дмитрий Викторович, когда мы говорим о палеонтологии, идет речь в первую очередь о том животном мире, который вымер, или и ныне существующая животина, но найденная в прошлых каких-то слоях, — это тоже палеонтология?
— Чаще всего мы говорим о вымерших животных, но бывают исключения в виде и живых ископаемых. Ведь некоторые виды существуют неизменно на протяжении десятков и даже сотен миллионов лет.
— Известно, что на территории Урала в давние времена было море, а если посмотреть на всю Россию, ее территория тоже вся была под водой или всё-таки там были участки суши какие-то?
— Это зависит от того, насколько миллионов уходить назад. Потому что, конечно же, на территории нашей страны моря то приходили, то уходили, были какие-то проливы, ситуация постоянно менялась. На территории моего Петербурга когда-то было море, и на территории Урала. Но были горы, некоторые из них выше уровня моря, был у вас пролив.
— Во многих уральских музеях можно увидеть много древних морских существ, а сухопутных находят?
— Нужно понимать, что Урал — это очень обширная географическая и геологическая структура. Да, здесь действительно, большую часть ископаемых, наверное, составляют морские, потому что, тут был предгорный район, с теплым неглубоким морем, в котором существовали и огромные коралловые рифы, и морские рептилии, рыбы жили. Их всех часто как раз у вас находят, выставляют в музеях. Но это не все. Есть, например, в Оренбуржье уникальнейшая очерская фауна — там в речных отложениях находят ископаемых наземных животных, которые жили на Южном Урале еще до динозавров. Это были, к примеру, рептилии, типа саблезубых звероящеров, находят эстемменозухов (это такие бегемотоподобные существа), амфибий, чем-то напоминающих крокодилов. То есть эта фауна была совершенно отличной. Очерская фауна известна на весь мир, на оренбургском ее месторождении ученые продолжают и сейчас работать.
Вторично нырнувший
— В музее Южного Урала многие останавливаются возле косточек, на которых подписано «мозазавр». Вы познакомились уже с этими нашими экспонатами?
— Так вышло, что моя кандидатская диссертация как раз посвящена мозазаврам России. Если не ошибаюсь, то, что представлено в вашем музее нашли в 2014 году. Но я знакомился с этими находками лишь по фото, к сожалению, лично ещё сам не видел. Скажу, что материал достаточно разрозненный. Там отдельные позвонки, есть зубы, есть обломки костей. По ним точно видно, что это мозазавр. Это крупная достаточно рептилия, видимо, больше семи метров была, но не более, наверное, десяти.
Очень жалко, что там, где его нашли, не продолжили поиски. Мне кажется, что в этом месторождении нужно продолжить изыскания, и там наверняка будет что-то ещё, если даже не продолжение данного скелета.
— Когда мы говорим о мозазавре, как обывателям нам нередко представляется, что это какой-то подвид динозавра. Но он же вообще к динозаврам отношения не имеет?
— Слово «завр», конечно, всегда в воображении рождает что-то похожее на динозавра, но при этом с латыни это означает просто ящерица. И очень у многих маленьких ящериц есть приставка «завр», у какого-нибудь ксенозавра, к примеру, (это такая небольшая ящерица, совершенно не динозаврового облика). Так что мозазавры — это ящерицы. Можно сказать, что они родственники варанов, может быть, змей… Ученые спорят, к кому они ближе относятся, но конкретно с динозаврами они имеют очень мало связей. Да у них когда-то были общие предки, разошедшиеся, но в целом это совершенно разные группы. Мозазавры — это вторичноводные морские рептилии.
— Что это такое вторичноводные?
— Тут нужно вспомнить так называемое пермское вымирание, которое было гораздо более опустошающим в сравнении с тем раскрученным мировым вымиранием, когда динозавры вымерли. Во время него до 70% животных на суше были уничтожены, и до 90% в морях беспозвоночных. В результате, когда пермский период заканчивается и начинается триасовый (это мезозой), очень много оказывается незанятых экологических ниш. И некоторые рептилии, которые жили в этот момент и тоже очень сильно пострадали от этого пермского вымирания, решают вернуться в море. Изначально как бы жизнь вышла из морей, грубо говоря, рыбы, которые вышли на сушу, спустя миллионы лет эволюции стали рептилиями, и вот в какой-то момент эти рептилии надумали вернуться назад. Поэтому и «вторичноводные». Кстати, точно так же, как и киты. Они же тоже вторичноводные — млекопитающие, которые раньше жили на суше.
— И как они выглядели эти мозазавры?
— Те рептилии, которые вернулись в воду, все изначально были небольшие — такие вытянутые ящерки метровые, с длинными шеями, длинными хвостами. Но постепенно они преобразовывались, занимая те ниши, которые им больше подходили. У них еще больше вытягивались шеи, преобразовывались лапы в ласты, происходили перестройки в плане рождения детенышей. Ну, вот одна из этих групп — это мозазавры, которые к концу мелового периода в общем-то уже доминировали в морях. Они тоже были разные — от небольших до гигантов в 17 метров. Огромные питались крупными рептилиями, были такие, которые могли своими круглыми зубами разгрызать раковины моллюсков аммонитов. В общем, очень разнообразная была эта группа.
— Если говорить о челябинском экспонате, это что за мозазавр?
— Я бы не хотел делать какие-то громкие заявления, потому что лично в руках материал пока не держал. Тем более, чтобы определить, что за мозазавр перед вами, нужно, по крайней мере, что-то черепное иметь, лучше какие-то крупные кости черепа. Когда же у нас в наличии позвонки, есть риск ошибиться, они очень похожи у смежных видов. Но позвонки в Челябинске есть и это замечательно, и то, что они мозазавровы, совершенно точно понятно. Там есть и зуб, и зуб — это хорошо. Он позволяет сразу некоторые группы в сторонку отодвинуть, часть видов вычеркнуть из сравнения. Но для дальнейшего определения пока недостаточно материалов, к сожалению.
Кто грыз гиганта?
— Получается пока не сильно «говорящие» кости у нашего гиганта.
— Кстати, вы сказали «кости» и я вспомнил сейчас, что на костях челябинского мозазавра есть следы погрызов. Это животное уже после смерти, скорее всего, акулы какие-то грызли, а может другие мозазавры. На фото прямо видны следы, которые явно были оставлены не при извлечении костей.
— Дмитрий Викторович, вот мы знаем, что от динозавров у нас сохранились в той или иной мере птицы. А можно ли какую-то линейку эволюционную прокинуть в наши дни от мозазавра?
— И да, и нет. Смотрите, если мы говорим про динозавров, то птицы, в общем-то, это и есть динозавры. Они невымершая группа динозавров, и сейчас это, можно сказать, общепризнанный факт. Нептичьи динозавры, вымирают на границе мела и палеогена 66 миллионов лет назад. А «птичьи» прекрасно эволюционируют на протяжении всего кайнозоя, и сейчас динозавры себя великолепно чувствуют на всех континентах нашей планеты.
Если же говорить про мозазавров, то они полностью вымирают в меловом периоде. Но их ближайшие родственники (которые не произошли от мозазавров, но у них были общие предки) сейчас существуют. И если вы посмотрите, например, на строение черепа того же варана комодского и на строение черепа древнего мозазавра, то вы увидите очень-очень много похожего. И не только череп, но и скелет, позвонки, всё очень похоже. Так что это ближайшие родственники.