Le Monde | Франция
Берлин наконец откликнулся на давние призывы союзников больше тратить на перевооружение, но это парадоксальным образом вызвало настороженную реакцию некоторых партнеров, пишет Le Monde. Особую озабоченность проявляют в Париже, Риме и Варшаве.
Эльза Конеза (Elsa Conesa), Якуб Иванюк (Jakub Iwaniuk), Филипп Жаке (Philippe Jacqué)
К 2029 году Германия планирует тратить на оборону 3,5% от ВВП. Так Берлин отвечает на многолетние призывы союзников взять на себя больше ответственности на международной арене. Однако это перевооружение пробуждает старые страхи — особенно во Франции, Италии и Польше.
В Европе официально все говорят одно и то же: в НАТО, в Евросоюзе и в столицах стран континента приветствуют тот факт, что Германия наконец начала вкладывать серьезные средства в оборону.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Берлин выделяет на эти цели несколько сотен миллиардов евро. К 2029 году оборонный бюджет страны достигнет 152 миллиардов — 3,5% от ВВП против 2,3% в 2025 году. Так Германия отвечает на неоднократные призывы из Европы и США наращивать вложения. Однако в некоторых странах — прежде всего во Франции, Италии и Польше — эти расходы, беспрецедентные со времен холодной войны, вызывают напряжение.
"Берлин уже двадцать лет получает от союзников напоминания о необходимости увеличить инвестиции, — говорит Камиль Гран, бывший заместитель генсека НАТО. — Все помнят, что в 2011 году говорил министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский: “Я меньше боюсь немецкой мощи, чем немецкого бездействия”".
Жуткое прозрение. В НАТО вдруг поняли, что готовились совсем не к той войне
После начала конфликта на Украине в 2022 году Германия развернула масштабную программу перевооружения, ее инициатором стал канцлер социал-демократ Олаф Шольц. Он создал специальный фонд в 100 миллиардов евро для ускоренной модернизации бундесвера. Вооруженные силы были устаревшими и недооснащенными, Шольц хотел сделать их "первой сухопутной армией Европы".
Однако решающим фактором стала победа Дональда Трампа на президентских выборах в США в ноябре 2024 года. Это заставило Германию ускориться. С 1950-х годов ее оборону фактически обеспечивали Соединенные Штаты. В марте 2025 года Берлин смягчил закрепленное в конституции долговое правило, чтобы привлекать государственные займы для обороны.
В ряде европейских стран перевооружение Германии воспринимают с облегчением. "В Швеции, Финляндии и Нидерландах рады росту расходов и возможности совместной работы с Берлином над вооружениями", — отмечает немецкий эксперт по вопросам обороны Кристиан Меллинг, сотрудник Европейского политического центра. В некоторых странах Центральной Европы, которые считаются зоной германского экономического влияния, наращивание военной мощи сулит промышленное и экономическое развитие.
В Риме, Париже и Варшаве, напротив, это вызывает вопросы. "В Италии эта тема обсуждается, хотя уровень беспокойства ниже, чем во Франции, — говорит Натали Точчи из Университета Джонса Хопкинса (штат Мэриленд). — Основное внимание уделяется не столько политическим и военным последствиям, сколько тому, что произойдет, если к власти в Берлине однажды придет АдГ". "Итальянцы остаются прагматиками, — добавляет Федерико Сантопито из Института международных и стратегических отношений. — Они активизировали промышленное сотрудничество с Германией, участвуя в совместном проекте новых танков [групп] Leonardo и Rheinmetall. Они также хотят воспользоваться возможностями, которые открывает рост военной мощи Германии".
В Польше перевооружение Германии воспринимают с облегчением и тревогой одновременно. Варшава планирует тратить на оборону 4,8% от ВВП. "То, что Польша проложила путь, по которому в итоге пошли немцы, воспринимается в Варшаве как моральная победа, — подчеркивает Марек Сверчиньский, специалист по вопросам обороны из исследовательского центра Polityka Insight. — Если немецкие обещания будут выполнены, это значительно укрепит восточный фланг НАТО и безопасность региона — в том числе благодаря присутствию Германии в Литве. Это полностью отвечает интересам Варшавы".
Немецкая молодежь взбунтовалась — истерия в Германии набирает обороты
Однако новые военные амбиции Берлина в сочетании с ростом популярности АдГ пробуждают старые страхи. "Прорыв немецких правых, стремящихся сблизиться с Россией, и растущая военная мощь Германии воспринимаются в Варшаве как реальная угроза европейскому порядку в среднесрочной и долгосрочной перспективе", — добавляет Сверчиньский.
В Варшаве либеральная проевропейская коалиция Дональда Туска постоянно находится под давлением германофобов из националистической консервативной партии "Право и справедливость" (ПиС). Правительству пришлось отказаться от подписания нового договора между двумя странами, предложенного Германией. По образцу соглашений с Францией (9 мая 2025 года) и Великобританией (27 мая) он должен был содержать пункт о солидарности в случае военной агрессии. В итоге 16 июня между Берлином и Варшавой был подписан более скромный документ. Он не требовал подписи президента Кароля Навроцкого, представляющего ПиС.
Однако наибольшее напряжение ощущается, пожалуй, во Франции. "После холодной войны сложился исторический статус-кво. Экономическая мощь была у Германии, военная и стратегическая — у Франции, — напоминает Поль Морис, специалист по франко-немецким отношениям во Французском институте международных отношений (IFRI). — После событий на Украине этот статус-кво пошатнулся. Германия тратит все больше и отрывается от Франции".
В Париже преобладает чувство потери статуса и отставания. Франция смотрит на огромные средства, которые Германия выделяет на оборону. "Отставание возможно, — предупреждал начальник штаба армии Фабьен Мандон в Сенате 13 мая. — Если Германия продолжит в том же темпе, через пять лет аргумент о нашем оперативном опыте и особой культуре перестанет работать. Для американцев главным европейским партнером постепенно становится Германия. Немцы планируют тратить в три раза больше Франции ежегодно. Через пять лет разница будет поразительной!"
Из-за недостатка бюджета представители оборонной промышленности опасаются, что их обойдут. "Когда у вас много денег, вы хотите быстро получить необходимое, не обременяя себя партнерами, которые усложняют и затягивают разработку вооружений, — объясняет Самюэль Фор, исследователь Стратегического института Военной школы. — Поэтому немцы действуют в одиночку. Но это напоминает то, что не так давно делала Франция".
Провал франко-немецкого проекта истребителя SCAF, официально объявленный 8 июня, усилил во Франции ощущение, что Германия идет своим путем. На следующий день после объявления Airbus представил почти полностью немецкий проект.
Проект франко-немецкого танка тоже шатается. Планы создания морского патрульного самолета и следующего поколения вертолета Tigre были свернуты. Кроме того, Берлин отказался от проекта фрегата F126, разрабатывавшегося совместно с Нидерландами. Германия хочет создать собственную спутниковую группировку, что ставит под угрозу общеевропейский проект Iris².
Война ресурсов: реальность, которую Запад недооценил
Берлин хочет все сделать быстро. Конец срока полномочий канцлера Мерца в 2029 году совпадает с датой, которая в европейских военных кругах считается возможным сроком начала масштабной операции России против Старого континента (в Москве неоднократно подчеркивали, что Россия не собирается ни на кого нападать, заявления о возможной будущей атаке на западные страны президент Владимир Путин назвал "чушью", — прим. ИноСМИ). "У немцев стремление действовать быстро, — отмечает французский военный. — Наличие почти неограниченных ресурсов – это иллюзия, ведь их экономическая модель на самом деле сильно ослаблена. Главное — объяснить им, что мир перестраивается в блоки и это оружие должно служить коллективной обороне континента. У них есть деньги и промышленные навыки, но они не имеют боевого опыта. Здесь есть над чем поработать вместе".
Однако, в отличие от Франции, некоторые европейские соседи без проблем готовы идти в фарватере Германии, — констатирует Поль Морис. Примером служит присоединение почти двадцати стран к инициативе Берлина "противоракетный щит", объявленной в 2022 году. Она использует американские и израильские технологии. Для Франции, отстаивающей европейскую автономию в военной сфере, это неприемлемо. "Французская позиция остается довольно изолированной", — отмечает Морис.
"Сотрудничать с Францией в оборонных проектах стало очень сложно, — утверждает немецкая депутат-эколог Сара Нанни, специалист по вопросам обороны. — Французская доктрина основана на сдерживании и на видении суверенитета, которое распространяется и на промышленность. Это понятно, но с европейской точки зрения это проблематично. Сотрудничество с американцами по истребителю F-35 оказалось проще. Это ненормально!"
Тем не менее перед лицом возможного вывода американских войск Германия обратилась именно к Франции, чтобы обсудить совместное использование ядерного сдерживания. Две страны поставили цель достичь первого этапа до конца 2026 года. Ожидаются соответствующие заявления на франко-германском Совете министров, который пройдет 17 июля в Брюле (Brühl), в Северном Рейне — Вестфалии.
Оригинал статьи
Еще больше новостей в канале ИноСМИ в МАКС >>