10 лет назад артист цирка Дмитрий Ким и ветеринарный врач Яна Олейник выкупили больного тигренка из передвижного зоопарка. Тогда и началась история создания хосписа для диких кошек "Дом тигра". Это место для животных-инвалидов и старичков, которых не возьмут обычные зоопарки. Перед Международным днем тигра ТАСС узнал, как на участке в Ленинградской области живут уже 22 тигра, четыре пумы, две рыси, три льва, два медведя и лиса
В идеальном мире тигры живут в лесу
"Я очень счастливый человек, я всегда знала, кем я хочу быть: в детском саду сказала, что буду работать ветеринарным врачом в цирке. Хотелось работать там с экзотическими животными, хотелось работать с большими кошками. Мне почему-то казалось, что цирк — это самый простой путь к таким животным. И я очень благодарна цирку за этот опыт. Опыт был действительно большой", — поделилась Олейник.
История хосписа для диких кошек началась задолго до появления участка в окружении леса в Ленинградской области, рассказывает ветеринарный врач. 10 лет назад они вместе с мужем, артистом цирка Дмитрием Кимом, решили выкупить больного тигренка из передвижного зоопарка.
"В цирке мы столкнулись с тем, что иногда появляются животные, которых некуда девать. Которые по каким-то причинам оказываются за бортом человеческой деятельности. Можно сколько угодно рассуждать о высоком, говорить о больших научных работах, но люди хотят смотреть на зверушек. Пока люди хотят смотреть на зверушек, зверушки будут по той или иной причине оказываться в клетках. В идеальном мире все живут в лесу. В реальном — все совсем по-другому", — сказала Олейник.
Малыша из передвижного зоопарка выходили, вырастили и назвали Астон. Но пристроить его оказалось некуда. Во всей стране не нашлось места, где у такого животного была бы не просто клетка, а комфортные условия, достойный уход и ветеринарное обслуживание. Так родилась идея создать его самостоятельно.
Сначала в качестве территории для организации места, где помогут диким кошкам, рассматривали Новосибирск. Но поиски длиной в год не дали результатов. Помогали, как отмечает Олейник, люди. Переломным моментом стала пандемия, когда работа в цирке завершилась.
"Все начиналось постепенно. Сюда, в Ленобласть, приехали со своими вольерами. Все строилось потихонечку, постепенно. Сейчас у нас более 30 животных. Вольеров, давайте посчитаем, — 14", — поделилась ветеринарный врач.
Распорядки хосписа
В хосписе находятся те животные, которых даже после лечения нельзя выпустить в дикую природу, пристроить в зоопарк или цирк. За все время помощи диким кошкам владельцам удалось найти место только для леопарда Порша в Минском зоопарке.
Недавно в хоспис поступили две амурские тигрицы. У старшей были сломаны зубы, имелись небольшие проблемы с локтевыми суставами. У молодой нашли серьезный старый перелом, подозрение на опухоль. Впоследствии оказалось, что у нее проблемы с задними лапами: нет полноценной опоры. Пока решили дать животным адаптироваться. Ведь для любой кошки перемена места жительства — это маленькая смерть.
"Есть опыт с предыдущими котами — амурскими тиграми из природы. Они очень хорошо адаптировались: решили, что это достаточно неплохо — обзавестись личной прислугой, и теперь еще и командуют. Надеюсь, у девчонок будет так же. Но это очень долгий, деликатный процесс. Наша задача сейчас стать для них понятными и нестрашными", — поделилась ветврач.
Рассказывая о распорядке дня крупных диких котов, Олейник пошутила, что пережить зависть к такому образу жизни непросто. Увидеть тигров до семи часов вечера — редкость, ведь это сумеречные животные. В три часа дня на территории действительно тишина. В среднем один тигр ест 5–10 кг мяса в сутки.
"Вы сможете потом жить с этой информацией? Режим дня тигра: поспал, поел, поиграл. <…> У них активность начинается в 7–8 вечера. В промежуток до 11 у них активные игры. В 11–12 они едят, могут позволить себе есть на ночь. Потом они моются и находят себе комфортное место, чтобы спать", — отметила собеседница.
Выспался, отдохнул, идешь дальше
"К сожалению, сейчас у нас друг за другом несколько тяжелых пациентов. Это не только наши пациенты. Мы филиал Госпиталя дикой природы в Санкт-Петербурге", — рассказывает Олейник.
С животными в хосписе работает команда профессионалов. При особенно тяжелых случаях на помощь приходят коллеги из Госпиталя дикой природы. Но часть манипуляций, не требующих полной стерильности, можно делать на территории "Дома тигра". Иногда в хоспис привозят животных временно, на реабилитацию, после которой хозяева забирают их обратно.
Справиться с большой дикой кошкой не так легко, как кажется, "на укольчик животное не уговорить", отмечает ветврач. После введения анестезии возникает проблема, как переместить огромного кота. Например, если наркоз дали в одном месте, а операционный стол — в другом.
Обычно перед специалистами стоит задача в один наркоз провести максимум манипуляций. При травмах конечностей операции самые долгие, тогда животное может находиться под анестезией порядка пяти-шести часов. Олейник подчеркнула, что о процессе помощи крупным кошкам необходимо рассказывать, помогать молодым специалистам приобрести необходимый опыт работы. Поэтому команда ветеринаров проводит мастер-классы, конференции.
"Руки не опускаются. У нас все фанатики, у нас все очень любят, что делают, все получают удовольствие от своей работы. Мы понимаем, для чего это делаем. Все большие профессионалы. У всех не по одной работе. Бывает ли тяжело — ну, конечно, мы все живые люди. Выспался, отдохнул, дальше пошел", — сказала специалист.
Ветеринарный врач отметила, что, к сожалению, чаще всего в рабочей практике запоминаются те пациенты, которым не удалось помочь. Это ситуации, где специалисты не справились, не успели. В хосписе есть Аллея памяти животных. В рамках на стене висят отпечатки носов, лап.
"Не люблю считать, сколько их. По именам могу перечислить. Герд, Жанна, Бетти… Это наша принципиальная позиция. Все должны остаться дома. Отдаем животное на кремацию, забираем прах, сажаем дерево. И так вроде жизнь не закончилась. Дерево растет. <…> Зачастую иногда получается, какой кот, такое дерево. Был кот вредный, и дерево потом над тобой издевается", — отмечает собеседница.
Цель — остаться без работы
Бесконтрольное разведение хищников является одной из причин, почему есть животные, которым необходима медицинская помощь, отмечает Олейник. Вместе с волной популярности передвижных зоопарков появились гибридные тигры — "дворняжки" тигриного мира. Недобросовестные организаторы передвижных зоопарков столкнулись с тем, что, например, бенгальский тигр из Индии не мог пережить российскую зиму. Тогда их начали гибридизировать с амурским подвидом, адаптированным к холоду.
"У нас тут четыре амурских тигра, которые из природы, а все остальные — такие "дворняжки". Их потомство нельзя выпустить в природу, они не несут никакой ценности для популяции, их функции — цирк, зоопарк, жить где-то рядом с человеком", — отметила специалист.
Ветеринарный врач подчеркнула, что главное сейчас не спасти как можно больше таких животных, а не допустить появления тех, кого придется спасать в будущем. По ее словам, впервые в истории удалось добиться достойного наказания для человека, у которого конфисковали тигра. Подробности истории она пока не раскрыла, но пообещала, что в случае успеха этот опыт будет транслироваться.
"Моя цель — остаться без работы. В идеале нас не должно быть. Мы не несем никакой смысловой нагрузки для природы. Мы природу не спасаем. Эти животные для природы умерли все. <…> У нас нет культуры работы и содержания этих животных. Так мы сейчас еще не фундамент, мы ямка под фундамент этой работы. Поэтому у нас работа чаще всего бесплатная. Мы едем лечить животное, чтобы показать людям, которые содержат этих животных, что им можно и нужно помогать", — объяснила специалист.
Есть чем гордиться
Содержать такое количество животных непросто. Бюджет организации "Дом тигра" складывается из пожертвований, из зарплаты сотрудников, полученной на других работах. Говоря о финансах, Олейник призналась, что это нелегко. Но если бы ей предложили пройти весь этот путь заново, ветврач однозначно согласилась бы.
"Да, конечно. Учтя определенные нюансы, да. Нам есть чем гордиться. Пять лет назад мы были вынуждены только выкупать этих животных, если нам кого-то жалко, мы хотим кому-то помочь. Я избегаю слова "спасти". <…> Может, мы себя спасаем, а не их? Вот амурские тигры. Жили себе где-то в тайге. Их вообще спасать не надо было, пока не пришли люди", — философски подметила она.
Ольга Костромина