Весной 1933 года на севере Томская область, среди холодных вод Оби, появился импровизированный лагерь под открытым небом. Без бараков и складов, без запасов продовольствия, без медицинской помощи. Небольшой остров у села Назино стал местом, где за несколько недель погибли тысячи людей. Их не судили, не приговаривали к расстрелу. Их просто вывезли и оставили на произвол судьбы.
Эта история долгое время оставалась под грифом секретности, но ее раскрытие не оставило равнодушным всю страну.
Страшная эпоха
Начало 1930-х — время масштабных социальных экспериментов. В условиях индустриализации и коллективизации руководство страны стремилось очистить крупные города от "социально чуждых элементов". Органы ОГПУ проводили массовые рейды: задерживали нищих, безработных, бывших кулаков, людей без прописки. Нередко под горячую руку попадали и те, кто просто не имел при себе документов.
Тысячи человек отправляли этапами в Сибирь, чтобы осваивать новые земли, работать на лесозаготовках и создавать спецпоселения. На бумаге все выглядело как продуманная программа переселения. На практике вся задумка оказалась сомнительной авантюрой, где человеческая жизнь не имела большого веса.
В мае 1933 года более шести тысяч человек погрузили на баржи и отправили вниз по Оби. Конечным пунктом стал безымянный тогда остров у села Назино.
«В ходе операции ОГПУ по чистке больших городов Европейской части СССР от "деклассированного элемента", на пустынный остров были высажены 6114 человек»,– отмечено на сайте мемориального музея "Следственная тюрьма НКВД".
Высадка в никуда
Остров представлял собой узкую, затопляемую во время половодья полоску земли длиной около трех километров, а шириной и вовсе пару сотен метров. Ни построек, ни складов, ни заготовленных припасов. Людей просто высадили на берег и оставили под охраной нескольких десятков вооружённых конвоиров.
Все что было у людей из продовольствия — это немного муки, по разным данным, несколько сотен граммов на человека. Переселенцы разводили муку речной водой прямо в одежде и пили эту сырую болтушку. Тогда начались массовые заболевания: дизентерия, истощение, лихорадка. Люди начали умирать уже в первые дни.
Анархия
Охрана состояла из нескольких десятков конвоиров. Контролировать тысячи изможденных, отчаявшихся людей они не могли. Среди переселенцев были реальные преступники, которые быстро организовали бандитские группы и начали отбирать еду у слабых.
Свидетельства, зафиксированные позже в докладах, рисуют картину полной анархии: избиения, убийства и грабежи. Люди умирали ежедневно: от голода, болезней, переохлаждения. Тела часто не успевали хоронить.
Отчаяние доводило до крайностей. В материалах внутреннего расследования упоминаются случаи каннибализма. Некоторые выжившие рассказывали, что боялись засыпать рядом с незнакомыми людьми. Остров, изначально задуманный как транзитный пункт, превратился в территорию страха.
Попытки бегства и новые потери
Часть людей пыталась переправиться через Обь вплавь или на самодельных плотах. Ледяная вода и сильное течение уносили их. Некоторых задерживали и возвращали обратно. Были случаи расстрелов при попытке бегства.
Когда масштабы смертности стали очевидны, власти начали эвакуацию оставшихся в живых. Их распределили по спецпоселкам Нарымского края, но многие были настолько истощены, что умирали уже после вывоза с острова.
По оценкам историков, за несколько недель на Назино погибли несколько тысяч человек. Точные цифры варьируются, ведь учет велся хаотично, а сами данные долгое время скрывались.
«До конца июня около 2000 человек умерли на острове от голода, холода и болезней. Кладбище оборудовано не было, могилы умерших были разбросаны по всему острову, некоторые трупы были оставлены без захоронения. Из-за особого намывного режима русла Оби остров изменил свои очертания, в наши дни захоронения утрачены»,– написано на сайте мемориального музея "Следственная тюрьма НКВД".
Десятилетия секретности
Во многом нам известна данная трагедия благодаря докладу инструктора Нарымского окружкома Василия Величко. Он провел проверку и описал происходящее в деталях: отсутствие продовольствия, неорганизованность снабжения, насилие, случаи людоедства. Документ был направлен в Москву и вызвал служебное расследование.
Некоторые должностные лица получили взыскания, часть была осуждена. Однако сама система спецпереселений продолжила существовать. Трагедия Назино стала "неудобным эпизодом", о котором предпочли забыть.
Лишь в конце 1980-х годов, во время перестройки, архивные материалы стали доступны исследователям. Публикации вызвали широкий резонанс и тогда Назино получило свое страшное имя — "Остров смерти". В 1993 году на месте трагедии был установлен шестиметровый крест.
Сегодня этот остров выглядит тихим и безмолвным, но для региона и для всей страны это место стало символом того, как административная ошибка, помноженная на идеологическую жесткость и равнодушие, привела к самому настоящему кошмару.