Lidovky | Чехия
Камнем преткновения в конфликте между Ираном и США теперь является уже не иранская ядерная программа, а контроль над мировым рынком нефти, пишет Lidovky. Вопрос только в том, кто даст слабину первым: Тегеран или под давлением Трамп, как всегда, струсит?
Марек Гудема
Не все помнят, что за претензии были у Трампа к Ирану. Трамп утверждал, что нужно заменить международный договор о контроле над иранской ядерной программой, который подписала администрация Барака Обамы, другим — усовершенствованным.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Договор, который должен был ограничить иранскую ядерную программу так, чтобы она не стала основой для получения ядерной бомбы, по мнению Трампа, был худшим в мире. И речь шла также об иранской ракетной программе, потому что для ядерных боеголовок нужны носители.
Трамп расторг договор, назвал иранский исламистский режим злом и ввел санкции. Однако о лучшем договоре Трамп так и не договорился и в итоге начал Иран бомбить. Но Тегеран не сдался, и временное перемирие закончилось только обещанием дальнейших переговоров о ядерной программе.
Тем временем главной проблемой стала нефть, а о ядерной программе вспоминают лишь время от времени. Иран понял, что его главный инструмент — это контроль над Ормузским проливом, через который проходили 20% мирового экспорта нефти и газа. И Иран не хочет от него отказываться. Он хоть и обещал, что пока не будет взимать с проплывающих судов сбора, но хочет, чтобы они проходили через коридор в его территориальных водах и он мог их контролировать.
Американцы, напротив, хотели, чтобы суда проходили у оманских берегов вне иранского контроля. Некоторые суда, которые не пошли по иранской трассе, подверглись иранским обстрелам. В ответ американцы начали снова бомбить Иран. Но еще немало времени прошло, прежде чем Трамп объявил, что снова останавливает иранское судоходство в Ормузском проливе и ограничивает экспорт иранской нефти.
Это было на руку Ирану, который держит водный путь под контролем и может пригрозить полностью его перекрыть. Повлияет ли это на американские бомбежки? Скорее нет. Контроль над Ормузским проливом, как считает иранское руководство, его главный козырь, а по мнению некоторых это еще и залог выживания иранского режима. Без этого он опустился бы до компромиссов, что могло бы вызвать недовольство, с которым трудно было бы справиться.
Начинается самая опасная фаза конфликта. Украинцам будет больнее всего
Также нынешний иранский режим намного жестче, чем был до войны, а также более националистически настроен. Именно национализм, а не акцент на шиитской исламистской форме власти обеспечивает режиму поддержку значительной части населения. Усиление бомбежек гражданской инфраструктуры, которым иногда грозит Трамп, скорее усилит эту поддержку, чем приведет к падению режима.
Поэтому вероятнее, что скорее уступит Трамп. Перед выборами в Конгресс ему не нужен рост цен на нефть, а значит, и на топливо, а кроме того, он сам как-то сказал, что может договориться с Ираном о совместном контроле над Ормузским проливом. Теперь Дональд Трамп утверждает, что будет контролировать его сам и собирать за прохождение двадцатипроцентный сбор. Вот только он пока, по-видимому, не знает, как этого добиться.
Если бы у него в Иране не было достаточно военных сил, выросли бы цены на топливо и в США, а еще Трамп оттолкнул от себя часть союзников. Быть может, он наконец вернется к идее договора с Тегераном, прежде всего о нефти и доходов от нее. В итоге получается, что политика снова кружится вокруг экономики. Как говорил Джеймс Карвилл, политический стратег кампании американского президента Билла Клинтона, это экономика, дурачок! Точнее, дело в нефти, а значит в экономике и деньгах!
Еще больше новостей в телеграм-канале ИноСМИ >>