Михалыч рассказывает

В ипотечном центре Андрей держался так, будто самое трудное уже позади. Он дважды спросил менеджера, скоро ли нас позовут, сходил за водой и успокоил продавца квартиры: с деньгами, мол, всё давно решено. Когда нас пригласили к столу, менеджер сверила паспорта, проговорила сумму кредита и попросила меня открыть приложение банка. — На вашем счёте размещены собственные средства для первоначального взноса — один миллион четыреста шестьдесят тысяч. Подтвердите перевод для расчётов по сделке. Андрей повернулся ко мне и задел локтем папку с документами...

В субботу Ксения приехала на дачу раньше мужа и ещё у калитки поняла: в доме опять кто-то хозяйничает без неё. Возле забора стояла незнакомая машина, на верёвке между яблонями сушились полотенца, а на веранде тётя Нина — сестра свекрови — расставляла по столу тарелки. — Ксюша, хорошо, что приехала. Люда сказала, вы сегодня поздно будете. Мы пока разместимся. В дальней комнате уже лежали две дорожные сумки. На кровати, где обычно ночевал отец Ксении, были сложены чужие вещи, а его рабочая куртка исчезла...

Когда Сергей снял перчатки и велел ребятам убирать инструмент обратно в машины, Павел решил, что они просто закончили на сегодня. Один рабочий вынес лазерный уровень, второй закрыл ящик с плиткорезом, третий свернул удлинитель, который только успел протянуть через прихожую. — Вы куда? — спросил Павел. Сергей ещё раз набрал Николая, не дозвонился и убрал телефон. — Пока хозяина не будет, мы здесь ничего трогать не станем. Павел усмехнулся: — Какого хозяина? Я здесь жить буду. — Жить — ваше дело. А работу мне заказывали не вы...

В тот вечер я искала двести тысяч, которых, по моим расчётам, должно было хватить на досрочный платёж по ипотеке. До зарплаты оставалась неделя, крупного мы ничего не покупали. Я открыла историю нашего совместного счёта, прокрутила несколько месяцев назад и почти сразу заметила странность: двадцать тысяч уходили примерно в одну и ту же дату. Я нажала на один перевод, потом на второй. Получатель везде был один — Тамара Петровна, мать Сергея. Сначала решила, что забыла какой-то разговор. Но одинаковые переводы стояли месяц за месяцем...

Мама достала квитанцию только после того, как допила чай. До этого они с отцом минут двадцать рассказывали мне про соседей, цены и лужу возле крыльца, будто приехали просто в гости. Потом она разгладила сложенный лист ладонью, положила его на стол и придвинула ко мне. — Оплати сегодня, пожалуйста. Там до пятницы желательно. Я посмотрела на сумму — 8 940 рублей. Потом на адрес. Дом, за отопление которого меня просили заплатить, уже больше месяца принадлежал моему младшему брату. И это было не единственной странностью...