Стакан молока

Больше всего в этой истории её тревожил Славочка: как воспримет его слабая психика выкрутасы жены. Светка явилась в девять, по всей видимости, пьяная, раз из стороны в сторону переваливается. А какой ей ещё быть после встреч с секретарями партии? Дома хоть шаром покати, ребёнок и муж голодные...

На лавочке у подъезда дома, где Елизавета Матвеевна провела самые счастливые годы семейной жизни, сидели, вдыхая утреннюю свежесть, две неразлучные соседки: высокая и пышнотелая Наталья Марковна и маленькая и худая Поликарповна...

Увидев мужа, Елизавета Матвеевна закончила сбор колорадского жука, решив завтра всё-таки опрыскать картофель, и поспешила навстречу супругу. В последнее время женское чутьё подсказывало, что в семье сына не всё гладко...

В последнее время любимым увлечением Елизаветы Матвеевны стало цветоводство. Зимой она ходила в библиотеку, посещая занятия клуба пенсионеров «Кому за...», а летом посвящала себя цветам. Каких только видов...

...Уже подъезжая к Белгороду, я уткнулся в запылённое окно вагона и прошептал: – Мне уже нравится. Хоть железнодорожный вокзал на тот момент и выглядел серовато и скучно, но и такой вид нас искренне радовал. Вокруг были русские люди. Звучала родная русская речь. Ласкали слух откровенные трёхэтажные маты. От этих слов тянуло теплом и спокойствием. Мы вышли из вагона, остановились и сделали глубокий вдох. – Ну вот мы и на Родине. Вот мы и дома, – зажмурив глаза, сказала Маша. Двигаясь по перрону, я увидел у стены мужчину в мятом пиджаке неопределённого цвета...